— Мое детище оказалось куда интересней и глубже, чем я ожидал. И куда опасней. Как выяснилось, Виртуальность давно живет своей жизнью, лишь имитируя податливость и послушание. И надо сказать, за эти годы она далеко продвинулась.
По мановению руки Диденко, одна из дверей неприметного дома открылась. В проеме зрители увидели пустыню. Ту самую, в которой сейчас находились.
— Мир внутри мира. Реальность внутри Виртуальности, Подреальность, Реальность-три, — называйте как угодно. Соль в том, что попадая в это место, человек входил в совершенно иное состояние. Более глубокое погружение в грезу. А это значит — более глубокое влияние самой Виртуальности.
Влад развернулся к Миххику и Николаеву, вопросительно взглянул на них, очевидно ожидая догадки.
— Так она внедрила в нас персонажей? — отозвался Савельев.
— Верно, — довольно кивнул Влад и вновь обернулся.
— Каждый, кто ныне носит в себе персонажа, входил в Виртуальность, на долю секунды, на неуловимый миг проходил сквозь подреальность, получал своего протагониста и ничего не заметив, отправлялся в знакомый цифровой город. Затем, в определенное время, по команде персонажи пробудились.
— Выходит, это что-то вроде вируса? — подал голос Николаев.
— Да, около того. Но более тонкого уровня. Я бы сказал, это оружие третьего поколения. Или четвертого. Или пятого, — Диденко хохотнул. — Или десятого. Представьте, что можно сделать с человеком таким образом.
Никто не обронил ни слова.
Влад очень серьезно сказал:
— Виртуальный мир, каким бы он ни был, — опасное место для человека. В нем множество соблазнов. И главный из них — уход от мира реального. Мы погружаемся с головой в игры, социальные сети и забываем о том, что вокруг нас. Мы обосабливаемся. Мы бежим в мир картинок и грез, где нет проблем. За многие годы работы над Кибером, я четко уяснил одну вещь: виртуальность должна стать инструментом познания мира, а не средством бежать из него. Я бы хотел, чтобы эти слова передали людям. — Влад посмотрел Миххику в глаза.
— И что теперь делать? — кисло спросил Николаев, видимо, окончательно подавленный сегодняшними бурными событиями.
— Извечный вопрос, — произнес Влад задумчиво. — Но, как говорится «все гениальное просто». Нужно остановить Виртуальность. Всего-то.
— Погоди, — заговорил Миххик, насупившись. — Если Псевдо существует и здесь, то… — Он развел руками.
— Слышит ли он нас, наблюдает ли? — усмехнулся Диденко. Савельев кивнул, и Влад отрицательно покачал головой.
— Но почему? — задал резонный вопрос следователь.
Диденко выразительно взглянул на эквилов, все так же стоявших по обе стороны от создателя Виртмира.
— И кто они? — вклинился Николаев. — Какие-то антивирусы, трояны, глюки, программы-мутанты-изгои?
Владислав наслаждался интригой, улыбаясь.
— Еще варианты? — он вытянул брови.
Вариантов не было.
— Я же не сказал, что Виртуальность «создала» внутри себя вторую реальность. Правильней — открыла путь к ней. — Он вновь замолчал, давая переварить услышанное.
— Мудрено как-то, — сказал Николаев, насупившись. — Не томи.
Диденко с надеждой взглянул на Миххика.
— Ну же, товарищ следователь, распутывать хитрые задачки — ваша профессия.
Савельев сглотнул вязкую слюну. Хотелось пить. Он взглянул на безучастных хранителей в стороне.
— Это их территория? — выразил он свою догадку.
Влад был удивлен. Он несколько раз хлопнул в ладоши совершенно без тени иронии или сарказма.
— Очень близко, — прошептал он. — Виртуалка вышла на уровень бытия, который был уже обитаем. Более глубокий и масштабный слой реальности, способный влиять на саму Виртуальность. Эта пустошь своего рода ничейная земля, за которой лежит их мир, — Влад кивнул на эквилов. — Сюда можно зайти с обеих сторон, но гости здесь на равных правах. В силу своих возможностей, разумеется. Нам повезло, — Диденко улыбнулся. — Благодаря нашим друзьям, эта встреча останется скрытой. Именно из-за своей ограниченности Вирт разбрасывает ключи сюда: люди — ее эмиссары, лазутчики, добывающие сокровища из иной вселенной. Ведь все артефакты, полученные здесь, потом проходят через Вирт, а значит — считываются и остаются там. Так Кибер-реальность обучается, совершенствуется.
— Так они… — Николаев качнул головой. — Инопланетяне, что ли?
Диденко рассмеялся.
— Не совсем, — сказал он, хитро щурясь. — Другая форма жизни из другой вселенной.