Да и вообще… Мало того, что изчезла на почти две недели в разгар зачётов, так ещё и засветилась на ТВ; и сегодняшний прогул ей выведут как то, что она «зазналась» и «корону надела» после телеконкурса. И реабилитироваться можно только отличной сдачей всех зачётов…
Появившуюся в густом пару фигуру она заметила не сразу.
Каким-то шестым чувством вдруг почувствовала постороннее присутствие, повернулась – и увидела силуэт, стоящий в трёх метрах от неё.
Обнажённый человек особенно уязвим и чуток.
Девушку мгновенно полоснул инстинктивный страх, её сердце заколотилось, как сумасшедшее – даже шум воды, которую она повключала во всех секциях, стал как будто глуше. Контуры в плотном белом тумане были неразличимы, но Марьяна поняла, что фигура что-то держит в руках, и попятилась, прикрыв руками грудь, вжавшись в скользкий кафельный угол отсека.
Силуэт молча сделал взмах – и плотный язык ледяной воды обрушился на Марьяну, облив её с головы до ног, а визг её в ту же секунду потонул в оглушительном грохоте жестяной шайки**, которую злоумышленница с размаху швырнула о кафельный пол.
Тяжело дыша Марьяна стояла, прижавшись к стене, глядя на туманные контуры фигуры. Девушку колотила крупная дрожь – от страха, беспомощности и непонимания того, что происходит.
Туманная фигура отступила в пространстве, и сквозь пар и непрерывный шум воды гулко и отчётливо раздалось:
- В следующий раз это будет кипяток, поняла?
Спустя пару секунд дверь душевой хлопнула.
______________________________
*А капе́лла (итал. a cappella, «как в капелле») — пение (как правило, хоровое) без инструментального сопровождения. Термин появился в конце XVII века, его обычно связывают с практикой папского богослужения в римской Сикстинской капелле.
** Ша̀йка - жестяной таз с двумя ручками для мытья в бане.
56 . Ал
Марьяна не помнила, как она трясущимися руками собрала и запихала в пакет мочалку и полотенце, как взлетела на пятый этаж мимо студентов, спускающихся ей навстречу. И только захлопнув за собой дверь своей комнаты, шагнула, рухнула на ближайший стул и по-детски заревела.
- Марьяш, ты чего? – перепугалась Ленка, вскакивая из-за тетрадок.
Выслушав в перерывах между всхлипами её сбивчивый короткий рассказ, Галанцева изменилась в лице и накинула спортивную кофту:
- Так, понятно… Пей чай, Романеция. Я щас…
- Ты куда? – испуганно вскинулась Марьяна.
Ленка не ответив, открыла дверь и нос к носу столкнулась с Алексеем, который, видимо, как раз собирался постучаться к ним в дверь:
- О! Тебя-то мне и надо! – зловеще улыбнулась Галанцева. – А ну пошли, покурим…
- Я не курю! – парень попытался заглянуть через неё в комнату.
- Я тоже! – Ленка вытолкнула его грудью в коридор и захлопнула за собой дверь.
Странно себя Ленка повела с ним…
И хотя Марьяна стопроцентно доверяла подруге, но маленький, комариный укус ревности всё же щипнул её сердце. Какие у них могут быть разговоры?
Надо выйти туда…
Марьяна быстро вытерла слёзы и посмотрела на себя в зеркало.
Нет, ни за что не допустит, чтобы он видел её в таком виде! Эти распухшие глаза и нос, мокрые спутанные волосы – какой ужас!
Девушка бросилась раздирать массажной расчёской непросохшие локоны, обдувая их феном. Густые длинные волосы быстро было не высушить, но минут через пятнадцать локоны снова упруго зазмеились по плечам и спине.
Лицо от горячего воздуха стало стягивать, и Марьяна выдавила на ладонь пару горошин ланолинового крема, растёрла руками, наспех размазала по лицу.
Кожа вмиг стала нежной и бархатистой.
Девушка поставила кругленькую баночку на полку между книжками и второпях смахнула свой ежедневник-блокнот, который упал на пол, и раскрылся, и она подняла его...
Прямо в руки выпал газетный снимок.
Его снимок.
И Марьяна на секунду зажмурилась, словно оттуда, с поверхности листа, ей в лицо ударил слепящий свет концертного прожектора! Словно открылся портал – в совсем недавнее прошлое, и воспоминания плотным кластером оглушили её, остановив время.