- Круто вы играли сейчас… - сказала она, а глаза её ликовали: «Твои розы восхитительны!»
- Да ну, фигня полная… - небрежно ухмыльнулся он, говоря ей так же, телепатически: «Я очень-очень рад! Как хорошо, что ты пришла!»
Она перевела взгляд на его губы и почувствовала, что краснеет.
Он понял… Его глаза потемнели, и даже порозовели скулы. Но не двинулся с места, продолжая изучать её лицо этим странным, ласковым и упрямым взглядом.
Молчаливый поединок длился всего несколько секунд, даже воздух между ними наэлектризовался… Потом Алексей встряхнул головой:
- Ты когда-нибудь пела с рок-группой?
- Что? – очнулась девушка. – Нет, ни разу…
- Хочешь?
- Конечно! – вскинула подбородок Марьяна.
«Неужели ты и впрямь думаешь, что я первая попрошу тебя о поцелуях?» - насмешливо сверкнули её глаза.
«Посмотрим!» - озорно улыбнулся он, толкая дверь в каморку.
Парни что-то тихо наигрывали, переговариваясь, и тут Ал громко провозгласил:
- Ребзя! Давайте попробуем вместе чё-нить спеть.
- С ней? – осклабился Гарик, окинув взглядом растерянную девушку.
- Рок поёшь? – подал голос Дюша.
Марьяна покачала головой.
- И чё петь будем? – с усмешкой прищурился Гарик. – «Белогривые лошадки?»
Все заржали, вконец смутив её.
- Ну-ка ша! – прикрикнул Алексей. – Надо будет – и «Лошадок» сыграешь!
Повернувшись, подал Марьяне микрофон на длинном шнуре:
- Криса Кельми знаешь? «Замыкая круг»?
Марьяна уверенно кивнула, сжав микрофон – он удобно лёг в её ладонь, наполняя знакомым умиротворением.
Ал взял гитару, подмигнул ударнику с голым торсом, и тот отсчитал четыре сухих удара барабанными палочками. Дюша тронул бас, а Гарик заиграл знакомое вступление, и Марьяна запела, с открытой улыбкой глядя на Алексея, который вцепился в микрофонную стойку:
- Вот одна из тех историй, о которых люди спорят…
Двух фраз ей хватило, чтобы освоиться со звуком, слова любимой песни она знала наизусть почти с детских лет, и Марьяна пела – открыто, смело, восторгаясь тем, что ей играют живое сопровождение.
А когда ещё и на втором куплете её вокал подхватил весёлый голос Аладдина, сладкие мурашки пробежали по спине.
Блаженство длилось ровно до припева: Марьяна, кайфуя, без предупреждения стала выстраивать подголоски, «гуляя» по аккорду от основной мелодии, и Ал… начал терять основу! Интонация «поехала» фальшью, и он, сконфуженно мотнув волосами, переключился на гитарное сопровождение, не желая мешать пению девушки.
Марьяна продолжила петь, подавив разочарование – да-а, это не Вольский, с которым они свободно импровизировали, передавая подголоски друг другу…
Но в этот момент новый, более уверенный голос поддержал мелодию – третий микрофон на стойке незаметно наклонил к себе Гарик. Больше в его глазах не было той снисходительности, с которой он говорил про лошадок.
Пристально, с интересом глядя на Марьяну, не прерывая игры, он запел третий куплет, и девушка радостно подхватила его вызов – и, глядя друг на друга, они чередовали строчки, а припев запели стройным двухголосием в терцию…
О, это волшебство дуэтной импровизации, ведомое только музыкантам, когда, не сговариваясь, делаешь музыку, играючи ловя сверхъестественным чутьём то, что хочет спеть твой партнёр – и обогащая его вокал подстраиванием верхнего или нижнего голоса!!
Когда финальная ударная сбивка закончила песню, и барабанные палочки замерли в воздухе, а эхо тарелки ещё затухало с последним аккордом, Гарик взъерошил волосы и с улыбкой потёр подбородок:
- Кажется, мы нашли новую солистку… А? – подмигнул он Марьяне.
Она ничего не успела ответить, настолько неожиданно прозвучал вопрос.
- А ты меня не забыл спросить? – внезапно спросил Алексей с непонятной агрессией, снимая гитару и укладывая её в угол.
- А чё тебя-то? – хмыкнул Гарик, тоже отложив инструмент и с хрустом потянувшись. – Я ж не на танец её приглашаю! Да и ты вроде как не её папик… Пусть девочка сама решает! – чересчур любезно улыбнулся он ей.
Тон этот Марьяне не понравился – а Алексей вообще потемнел, как туча.
- У нас нет женских песен! – напомнил он, насупившись.
- Нет – так будут! – поднял брови Гарик, поднимаясь во весь рост. – Ты чё напрягся, бл..?
- А ничё, бл...!
- Ты чё-то имеешь против?..
Они уже стояли, глядя друг на друга в упор, когда между ними встрял Дюша:
- Э, мужики, харэ!..
- …Имею! Не будет она с тобой… петь, понял? – процедил зло через его плечо Ал.
- Лёха, остынь! Гарри! Ну пацаны, млин… – растолкал их Дюша.
- Знаю я эти его песни! – бросил презрительно Алексей.