- Иди…
Чувствовалось: Ал просто неимоверным усилием заставил себя развернуться и пойти прочь от неё, и выйти к лестнице. (Секунду спустя она услышала, как он, спускаясь, насвистывает «Волшебный мир» Диснея.)
Марьяна смотрела ему вслед и улыбалась. Это было так круто – ощущать, что ты нравишься, тобой восхищаются, тебя добиваются!
Она чувствовала себя красивой… и отомщённой.
Девушка медленно двинулась по коридору, и холодная улыбка играла на её губах.
Правильно говорят: всё, что ни делается – к лучшему! Судьба ей подсовывает знаки, а она никак не хочет их видеть. Аладдин – это подарок, упавший ей прямо в руки, а она упорно отвергает его, потому что думает о…
Не нужен ей этот пень бесчувственный!
«У вас ко мне какие-то вопросы?» - мысленно передразнила она его интонацию, и презрительно сжала рот, отвечая ему так же безмолвно: «Теперь, Маэстро, никаких вопросов! Абсолютно! Потому, что я выкину вас из головы! И фотку из газеты порву! На клочки – и в форточку пущу! И сегодня пойду с классным парнем в киношку, а потом буду легко и непринуждённо петь вашу «Северную Землю». И даже не посмотрю на вас! А вы… Сочиняйте дальше свои кантаты, сонаты, трактаты…»
Марьяна даже не осознала, когда её внутренний диалог стал приобретать упорядоченность и ритм: – Другим дарите свои взгляды!
И для других вы – божество!
...И за падение – награда:
Скупой улыбки торжество…
Марьяна остановилась, ощущая, как мороз прошёл по спине.
Она прекрасно понимала, при каких обстоятельствах рождаются такие – неосознанные, нечаянные – стихи! Они запросто могут сбыться. Это не просто «подсознательное, которое обнажает тайные мысли.
Это состояние открывает двери в то, чего ещё не произошло, или уже кануло в Лету. И его невозможно вызвать специально, или тренировками. Оно приходило к ней само по себе, очень-очень редко.
Именно поэтому ей стало страшно.
Присев на корточки в коридоре, девушка достала из пакета ежедневник и с обратной стороны титульного листа быстро записала карандашом эти строки, чтобы не забыть. Хотя - как такое забудешь…
- Романеция! – весело, хоть и хрипло, окликнула её Ленка. – Ты чего?
- Да так… - поднялась Марьяна.
- Стихи пишешь! – торжествующе наставила на неё палец подруга.
Вздохнув, девушка с улыбкой развела руками – уж кто-кто, а Галанцева знала за ней такую слабость, а часто была и первым слушателем её творений.
- Небось, своему этому… кавалеру? – подмигнула Ленка.
- Нет больше никакого кавалера! – решительно тряхнула длинными локонами девушка, гордо выпрямившись.
Ленка удивлённо подняла брови, а Марьяна добавила:
- Иди лучше в общагу, долечивайся, зря больная пришла!
- Вообще-то я пианистка, - кашлянула Ленка, ухмыльнувшись. – Мне не петь. А играть и с больным горлом можно…
- И вообще! – перебила её Марьяна с таинственной улыбкой. – Сегодня мы… сама знаешь с кем… на «Терминатора» идём.
- Ура! – Ленка дружески хлопнула её по плечу так, что Марьяна еле устояла на ногах. – Да здравствует Аладдин! Так что тебя сегодня ждать поздно… - она прищурилась. - …И пьяную, да?
- Ни в коем случае! – помахала пальцем у неё перед носом Марьяна.
- Удачи, давай там, осторожно…
- Поняла! – послушно кивнула девушка. – Давать – осторожно.
И они обе расхохотались на весь коридор.
Позже, в фонотеке, когда в наушниках зазвучала тревожная бетховенская тема, рождаясь из таинственного, отдаленного, неоформленного гула, словно из бездны хаоса, – Марьяна вновь вспомнила эти зловещие стихи. Гениальная музыка усиливала их.
Словно бушующие волны,вздымалась и опадала музыкальная стихия, словно рисуя картины какой-то суровой битвы с тяжкими поражениями, страшными жертвами. Громовые раскаты канонических имитаций tutti*, резкие сфорцандо, отрывистые аккорды наполняли Марьянину душу смятением и грустью. Какое падение её ожидает? Или оно уже произошло? Мистическая связь с Его душой – оборвана! …Или нет?
Марьяна вслушивалась с широко раскрытыми глазами в музыку, ничего не видя вокруг. И мрачное предчувствие заполнило её душу, когда на фоне мерно повторяющейся зловещей нисходящей хроматической гаммы зазвучал траурный марш…
__________________________
*Ту́тти (от итал. tutti «все, весь») — музыкальный термин, имеющий два значения: Тутти — как противоположность понятию соло, то есть исполнение музыки полным составом оркестра или хора.