- Опять в отрубе.
Мама с улыбкой шла между рядами к сцене.
- Ты в костюме репетировать-то будешь?
- Да! – выдохнула девушка, бросаясь к кофру с платьем, который уже начала расстёгивать мама, и перехватывая его.
«Третью строку надо будет заменить!» - пронеслось у девушки в голове, пока она бежала в кулисы, чтобы переодеться в уголочке и уже потом предстать во всей красе…
____________________________
* Авансцена означает переднюю, ближайшую к публике часть сцены. Начинаясь от самых стен просцениума**, авансцена идет до первой кулисы, заключая в себе рампу и суфлёрское место.
**Просцениум - ближайшая к зрителям часть сцены впереди занавеса.
Вот так выглядит рабочая сцена - "с изнанки")))
9. Репетиция на сцене – продолжение.
Конечно, когда алое платье было надето, расправлено, а атласные туфельки украсили миниатюрные ножки, обе женщины единодушно выдохнули, глядя на вышедшую в центр сцены Марьяну. Девушка была так прелестна в сиянии юности.
- Да. Очень неплохой вариант, - пришлось признать Эсмире, хотя особого восторга она не высказала.
- Да отпад, что там!! – воскликнула из-за рояля Валерия Владимировна, треснув нотами по крышке. – Марьяш, во! – подняла она большой палец.
- Отпад…. – задумчиво протянула руководитель, задумчиво разглядывая нарядную свою ученицу, которая стояла, зардевшись, и посмотривала на всех троих. – Ну что встала? Микрофон в руки и вперёд! – ввернула она свою коронную фразу.
Марьяна репетировала конкурсную песню, глядя в пустой зал на тысячу мест и представляя его полным зрителей. Она пела, улыбаясь маме, которая сидела в седьмом ряду, пела, бесстрашно улыбаясь Эсмире, которая стояла в середине первого ряда, расставив ноги, по-мужски заложив руки в карманы брюк, и в упор, сосредоточенно смотрела на неё. Пела, рассматривая жёлтый квадрат окна звукоаппаратной…
Службы звука и света располагались за последним зрительским рядом. Два огромных окна в стене под балконом, слева – звукоаппаратная, справа – светоаппаратная… Глядя на ссутулившияся силуэт Димы, подпирающего голову ладонью, юная вокалистка слегка нервничала: неужели она скучно поёт? Или он просто устал от бесконечных репетиций? – ведь он это, наверное, слушает целыми днями, а вечером ещё и мероприятия…
- Снова отвлекаешься! – сразу же реагировала преподаватель, перекрывая её пение в радиомикрофон. – Изволь вернуться в песню, пожалуйста.
И Валерия Владимировна за роялем вновь вдохновенно раскачивалась всем корпусом на проигрыше, а Марьяна вступала, стараясь сделать это так же проникновенно, в характере изумительной игры концертмейстера.
Репетиция означает – «повторение». И эти многократные повторы каждый раз дарили новые ощущения.
Сначала Марьяна пела, наслаждаясь объёмностью, которой наделял её голос ревер*, стараясь, чтобы не захлёстывали эмоции на предельных нотах (а они захлёстывали, и ещё как!). Потом, пока Дима продолжал отстройку звука (вид «эха» постоянно менялся, в зависимости от частоты реверберации, и голос Марьяны становился то «колокольным», то сухим и тусклым, то гулким, словно в подземной пещере, то таинственно-сказочным… (Боже мой, и как совладать с эмоциями, когда с тобой творят такое?!)
Потом окно справа тоже осветилось, показалась стройная фигурка Надежды Прозоровой, художника по свету. Тусклое рабочее освещение сцены изменилось; справа и слева вспыхнули боковые софиты, и зрительный зал сразу отступил в темноту.
Сердце девушки прыгнуло: сейчас начнётся сказка!
Не прекращая петь, вокалистка не удержалась – обернулась и увидела, как «австрийский» задник** стал стремительно переливаться – нежно-голубой с переходом в лиловый, потом в бирюзовый с изумрудными мазками, косые розовые и фиолетовые лучи прорезали мягкие округлые складки и наполнили пространство волшебным светом, в котором метелью закружились золотистые звёздочки... Потом сверху раздался звук сервопривода – это яркие прожектора на одной из софитных ферм развернулись, собрав свои лучи в одной точке – там, где стояла девушка. Художник по свету экспериментировала с освещением…
Восторг стал подниматься изнутри неконтролируемой волной – словно лава, толчками, дыхание перехватило и, конечно, Марьяна…
- Налажа̀ла***! – обречённо констатировал голос Эсмиры Николаевны из мониторов. – Что мне делать с твоей впечатлительностью, девочка моя? …Давай-ка пять минут перерыва, Надя будет подбирать свет, а ты уже соберись на концертный вариант.