Через секунду обе подушки врезались друг в друга в воздухе и упали между кроватей. Галанцева угрожающе начала собирать свой полосато-коричневый плед в комок. Марьяна, хохоча, выставила обе руки перед собой:
- Ленкин, стоп! Ну, мне правда надо на хор! Меня Шахова убьёт, если прогуляю…
- А я её понимаю, мне тоже щас тебя убить охота…
- Очень мало времени, ну Ле-е-ен! – но плед уже накрыл её с головой, и цепкие Ленкины пианистические пальцы принялись чувствительно щипать её, куда ни попадя:
- Говори быстро, как его зовут!
- Не скажу!..
- Имя, сестра, имя!.. **
- Не-е-ет! – девушка задыхалась от смеха, пытаясь слабо отбиваться.
- Он из нашей училы? Да? Нет? Быстро говори!..
- Да! – выкрикнула, хохоча, Марьяна, чтобы только она отвязалась.
- С какого отделения?! – не унималась подруга.
- Не скажу! В душ хочу-у!
- Да кто тебе днём душ откроет! – продолжала щипки Ленка. – Сегодня баб Тоня дежурит, её просить бесполезно…
- А я в двести вторую пойду! - вырвалось у Марьяны, и Ленка, тяжело дыша, сползла с её кровати и села напротив, сверля её насмешливым взглядом:
- Коварная ты женщина, Романова. И когда только научилась так парней использовать: там у одного – хата, тут у другого – апартаменты с душем… Ты ж всегда Ромашкой была, даром что фамилия подходит!***
- Никого я не использую… - кровь бросилась Марьяне в лицо.
- Да ты даже меня используешь! – безжалостно отрезала Ленка. – Кто бы тебя ещё перед Мальцевым отмазал?
- Лен… Я же…
- «Я же, ты же!» - передразнила она её. – Ладно, чё. Видимо, сильно тебя этот олень зацепил, что прячешь его даже от меня!
- Сильно… - покаянно опустила голову Марьяна.
- Да ладно! – хмыкнула Ленка. – Раз он из училы, всё равно я вас рано или поздно застукаю! – подмигнула она.
Марьяна поспешно схватила «душные» принадлежности, одежду, и, взяв заветный ключ, сбежала на второй этаж, в «гостевые апартаменты».
Времени оставалось всё меньше, а что пешком, что на автобусе – до музучилища добираться было не меньше сорока минут!
Поэтому персональный душ – несусветную роскошь в студеческом общежитии – пришлось принимать наспех. Переодевшись и наскоро расчесавшись, Марьяна заметила на инструменте засохшие апельсиновые корочки.
Чувство вины заскребло где-то в подреберье – слишком ярким было то воспоминание, когда она заснула от усталости, облокотившись на инструмент, а Аладдин принёс ей сочный, яркий апельсин, и обнимал её, сжигая страстным и ласковым взором – искренний, весь пылающий чувствами, как на ладони, и…
Они столкнулись в двери.
Румяный с мороза, со спортивной синей сумкой через плечо – он сразмаху шагнул в открытую дверь, навстречу вышедешей прямо в его объятия девушке, от неожиданности уронившей пакет с вещами и мокрым полотенцем, – и буквально втиснул её обратно в комнату 202:
- Попалась, принцесса…
_________________________________
* «Возвращение блудного попугая» - название популярного смешного советского мультсериала (1984-88 г.) про попугая Кешу, эгоцентричного любителя красивой жизни.
** Знаменитая фраза из фильма Георгия Юнгвальд-Хилькевича "Д Артаньян и три мушкетёра», когда Миледи рассказала английскому солдату-охраннику о том, как её обесчестили. Он решил отомстить за её поруганную честь и требовал назвать имя негодяя.
*** «Девочка-ромашка», «мальчик-колокольчик» - в 90-х так иронично называли «домашних», стеснительных девушек и юношей – как правило, подразумевая инфантилизм, наивность, неприспособленность к жизни и… отсутствие интимного опыта.
97. Объяснение в нелюбви
Чувство вины скрутило подреберье, волна непонятного испуга окатила с головы до ног, и Марьяна, отступая назад, малодушно выдавила:
- Ал, давай потом, я на хор опаздываю!
- Нет, давай сейчас! – упрямо он сверкнул тёмными глазами и, бросив сумку в сторону, захлопнул дверь и привалился к ней спиной, скрестив руки на груди: - Ну и как это называется? Я, как идиот, прибежал с пакетом твоим, тебя нет!
- Ал! – умоляюще подняла на него глаза девушка. – Я знаю, это свинство…
- Ну нравится тебе играть в догонялки, ради бога, я не против! – развёл он руками. – Но это как-то, блин, чересчур! Ты прям без башни, серьёзно… Можно ж было подождать, я понимаю, подруга – это святое, но фа-а-ак… Я чуть с ума не сошёл, думал, может к тебе гопота какая пристала, я ж себе не простил бы… - выпустив пар, Алексей выдохнул, расслабил плечи, глядя на неё с ласковым упрёком.