Наконец, на ходу натягивая шапку и застёгиваясь, девушка покинула музыкальное училище и быстро зашагала к остановке с парой ожидающих человек, которых освещал тускло-рыжим светом одинокий фонарь. Марьяна боязливо оглянулась – на улицах народу было мало, с наступлением темноты в будни все предпочитали сидеть по домам.
Девушка поёжилась – с наступлением Перестройки освещение даже на центральных улицах было символическим, и почему-то совершенно не убирался мусор; улицы даже в сумраке напоминали помойки. А может, дворники и работали, - просто люди стали наплевательски относиться порядку и свинячили, почём зря?
Ей повезло – автобус подкатил почти сразу, и она с облегчением села у окна, «оттаяла» дыханием кружок в замёрзшем окне и отсчитывая остановки.
Вот и Филармония на Центральной площади, величественное здание со сдержанной, матовой подсветкой. Девушка сдерживала волнение, которое уже начинало в ней потихоньку бурлить крохотным радостным родничком.
На шестой остановке она спрыгнула с подножки автобуса. «Пазик», фырча по снежным завалам, поехал дальше, а она остановилась, приглядываясь к слабоосвещённому микрорайону, который она один раз вечером-то и видела, и то были светлые сумерки. Теперь все дома казались одинаковыми чёрными кубами с жёлтыми рядами окон.
Торцами к остановке под разными углами выходили сразу четыре здания, и девушка раздумывала, вспоминая: жилой ли тот дом, в котором располагалась музыкальная студия? Кажется, да, ведь она была переделана из квартиры…
Машина! Надо найти чёрный «мерс» Вольского…
Загребая снег на нерасчищенной дороге, Марьяна потопала к группе легковых машин, сгрудившихся ближе всех, и стала обходить их по очереди. Как же плохо, что они ей все на одно лицо! Чёрных было несколько. И тонированные стёкла были у всех…
- Опачка, какие тут чики гуляют! – раздался противно-гнусавый голосок за её спиной, и девушка обернулась и вздрогнула: перед ней стояли три фигуры, словно сработанные под копирку: широкие спортивные штаны, узкие шапочки, кожаные куртки. Лиц их не было видно из-за света фонаря, бившего им в спины.
- Добрый вечерочек, барышня! – подчёркнуто вежливо протянул кто-то из них.
Марьяна попятилась, упёршись спиной в машину.
Страх парализовал её, она не могла даже кричать.
- Да ты не боись, мы девочек не обижаем, - добродушно проговорил второй. – Хрусты есть?
Девушка непонимающе мигнула. Они переглянулись.
- Портик гони… - и, видя её взгляд, со вздохом перевёл: - Сумку сюда давай!
- Там… только ноты! – прошептала девушка.
- В ресторане лабаешь, что ли? – хохотнул третий.
Марьяна сглотнула, уже не в силах соображать.
И тут сзади торопливым, уверенным шагом подошёл четвёртый.
Девушка обречённо закрыла глаза.
- …А ну, отскочили от неё! – негромко, но внятно произнёс голос Алексея. – Быстро!
Марьяна изумлённо уставилась на своего защитника. Аладдин!! В своей чёрной косухе, толстых кроссовках и обесцвеченным ежиком чёлки он как-то даже походил на одного из них.
Один из троицы лениво повернулся боком:
- Слышь, не маячь, фраерок! Чеши вальсом отсюда, пока ходули не переломали!
- Заглохни, валенок! – спокойно парировал Алексей, достав из кармана какой-то предмет и наматывая его на кулак.
Троица вновь переглянулась. Дальше понеслось уже совершенно непонятное:
- «Гуляешь» где?
- «Пятак», на «Строилке».
- Твоя забава?
- Моя.
- Ну лады…*
Троица неторопливо растворилась в темноте, а Алексей, проводив их исподлобья взглядом, выдохнул и подошёл к дрожащей Марьяне.
- Спа-сибо… - выдохнула она прыгающими губами. – Ты как… з-десь?
- За тобой заскочил в автобус, принцесса… Ты же не против? – иронично спросил он, разглядывая своё звякающее оружие, намотанное на кулак. – А то что-то твоего принца не видать рядом.
И глянул на неё остро, с усмешкой.
- Спасибо тебе огромное, Лёш… - ещё раз выдохнула Марьяна. – Ты… ты такой крутой!
- Угу… - он опустил глаза и покрутил кулаком, обмотанным блестящей цепью с кривыми грозными шипами.
- Что это? – прошептала она, указав глазами на странное оружие.
- Да так, вместо кастета… - он небрежно пожал плечами и внезапно улыбнулся своей прежней, аладдинской улыбкой. – Строгий собачий ошейник!
- Ни фига себе… - с восхищением произнесла девушка.