- Даже не думай отнекиваться! – предупредил он, уходя за вторым подносом, для себя.
Марьяна блаженно жмурилась. Пельмени она любила едва ли не больше пломбира…
- Давай-давай, - подбадривал её Вольский. – Я теперь головой отвечаю за твоё состояние!
- …А куда делся твой БМВ? – полюбопытствовала Марьяна, когда они зашли в музыкальную студию. – Красивая машина.
- Это «Мерседес». Был… - нахмурился Вольский.
- Был? – вскинула брови девушка.
- Сегодня утром, пока я находился в администрации, какие-то уроды разбили. Неандертальцы, прости господи… В мясо раскурочили, видать, арматурой. Ведомственную машину! – с досадой цокнул он языком. – Так что выделили то, что было в наличии…
- Жалко… - сочувственно вздохнула девушка.
- Да уж… - хмыкнул он, включая аппаратуру.
Марьяна вновь блаженствовала, окидывая взглядом студию – она впадала в нирвану от студийной атмосферы! Подойдя ближе, девушка с тайным восхищением следила за быстрыми, сноровистыми движениями Маэстро.
Вот загорелись огоньки на огромной микшерной панели, защёлкали кнопки на неведомых ей приборах. Несколько кассет легли на боковой стол. С глухим, мягким «тфффф» ожили сабвуферы и колонки.
А микрофоны остались лежать в коробках…
- …Ну что, студентка Романова? – Вольский одарил девушку тёплой улыбкой, неторопливо опускаясь в своё кресло и закидывая ногу на ногу. – Начинаем работать.
122. Техника дыхания
Марьяна посмотрела на коробку с микрофонами, и Вольский, перехватив её взгляд, усмехнулся:
- Вокал позже. Сейчас – упражнения для диафрагмы и мышц, которые задействованы при вокальном дыхании. Ты, конечно же, знаешь, что вдох должен быть бесшумным и коротким, но при этом полным и достаточным?
- Конечно! – снисходительно хмыкнула вокалистка.
Маэстро открыл ящик, достал из него секундомер и кивнул:
- Демонстрируй.
- Как?.. – хлопнула глазами девушка: она не ожидала, что Влад начнёт уж прям совсем с элементарного, словно она петь не умеет! А секундомер зачем?
- Как элемент вокальной техники, конечно же, - тень улыбки скользнула по его губам. – Короткий вдох – и протяжный звук «м-м» на любой удобной ноте, сколько хватит запаса воздуха. Выполняй!
Марьяна сделала короткий, сильный вдох – Вольский щёлкнул секундомером – и, создав во рту объём, стала вполголоса тянуть звук «м», стараясь, чтобы звук был максимально ровным, не расходуя сразу весь запас дыхания.
Всё это время Маэстро неотрывно смотрел на циферблат секундомера, и она, как ей казалось, целую вечность любовалась своим… педагогом по вокалу.
Наконец воздух в лёгких иссяк, раздался второй щелчок секундомера, и Вольский поднял на неё прищуренный взгляд:
- Ещё раз! – кивнул он. – Давай! Теперь – звук «н-н».
Марьяна «мычала» и «нычала» ещё дважды, с наслаждением созерцая полуопущенный взгляд Влада Вольского, его высокий лоб, чуть сдвинутые брови…
- Достаточно, - наконец отложил он со вздохом секундомер и, взяв свой растрёпанный блокнот, что-то записал в него.
Потом весело глянул на девушку:
- Ну что? Избаловал тебя хор «цепным» дыханием*. Когда поёт много народу, можно делать вдох в любой момент, на звучании это не сказывается, поэтому особо ты себя не утруждала…
Марьяна взволнованно моргнула.
- Пятнадцать… ну ладно, восемнадцать секунд… А должно быть тридцать! – серые глаза прищурились, фокусируясь на её лице. – Объём лёгких надо увеличивать, девочка. Сейчас я дам тебе несколько упражнений на диафрагму, на задержку выдоха и на его растяжку во времени…
Сладостный холодок скользнул по спине вокалистки: вот оно, началось! Сам Маэстро будет её учить!
Отложив блокнот, Вольский поднялся и подошёл к ней:
- Встань ровно. Опусти плечи. Почувствуй хорошую опору в ногах.
Поставив сбоку от девушки стул, Маэстро сел на него.
Одна его ладонь уверенно легла ей на живот, вторая – с обратной стороны – на спину:
- Дышим.
Девушка стояла ни жива, ни мертва – его прикосновения вызывали у неё совершенно «невокальные» ощущения, и Вольский тут же строго глянул на неё снизу:
- Прекрати… Я чувствую, как напряглась твоя диафрагма.
Марьяна покраснела:
- Я не нарочно…
- Понимаю, - усмехнулся мужчина, убирая руки. – Вот что значит – смешивать профессиональное и личное! – и посмотрел на неё снизу вверх – со своей понимающей полуулыбкой.
Девушка смутилась так, что готова была провалиться сквозь пол! Она была счастлива, что её кумир, Маэстро стал её учителем по вокалу, об этом она и мечтать не могла, и счастье её просто разрывало – но это был ещё и восхитительный мужчина, с которым она находилась наедине и который волновал её одним своим присутствием…