- Соблюдай режим хотя бы до и после пения. А лучше – всегда. Ещё лучше – заменить холодную воду сладким, тёплым чёрным чаем, он восстанавливает эластичность связок… - и он подавил улыбку, глядя, как Марьяна, поджав губы, покорно включила чайник.
- Всё я знаю… - проворчала она ершисто себе под нос.
Маэстро затянулся и выпустил струю сигаретного дыма в форточку.
- А я проверю! – многообещающе кивнул он с самым серьёзным видом. – А теперь займёмся вплотную твоим голосом…
…Несмотря на все объяснения Вольского о принципах работы в эстрадной манере, голосовые связки Марьяны уже были сформированы многолетними «классическими» навыками, и попытки петь не «на зевке» приводили к совершенно неоформленному звуку, похожему на народный. Нет, это был даже не народный…
Это был позор.
Даже самые элементарные распевы гласных в три ноты не давались, не нравились, были крикливы и неустойчивы. Маэстро подавал всё новые и новые замечания и рекомендации, требовал петь ровным звуком, без вибрато – и Марьяна закомплексовала.
Ей казалось, что ещё немного – и её педагог по вокалу скончается от отвращения!
Девушке хотелось быть безупречной для этого мужчины, чаровать его своим пением, ловить восторг в его глазах, – ведь именно голос привлёк его к ней! – ей хотелось, наконец, петь его песню, держаться за руки, проживать чувствами…
Репетировать!
А он заставляет её издавать совершенно некрасивые звуки… Дурацкие!
Пару раз голос уходил «в несмыкание», Марьяна краснела и умолкала.
- Это нормально, - терпеливо внушал ей Влад. –Требуется время для того, чтобы перестроить мышечную и голосовую память. Потом будет легче, поверь… - и его пальцы проигрывали на небольшой миди-клавиатуре всё новые и новые упражнения.
Но девушке не верилось, она не понимала, что происходит, преодолевала себя, превозмогая неловкость…
Особенно добивало «плоское нёбо», которое требовал Вольский:
- Ты должна найти прямой, «горизонтальный» звук! Более лёгкий, более нацеленный вперёд и компрессированный…
Как только вокалистка начинала петь – свод мягкого нёба поднимался вверх и автоматически входил в «купол» - академическую позицию, которая создавала резонацию звучания, столь ценимую всеми вокалистами – и которая теперь оказалась недостатком…
Её голос, который всегда сравнивали с «ангельским» - полётный и нежный – предавал её раз за разом, отказываясь подчиняться…
Марьяна преодолевала себя изо всех сил - и вдруг неожиданно расплакалась.
- О боже мой! - выдохнул музыкант, торопливо вставая из-за клавиш.
- Влад, голос не слушается меня! – испуганно проговорила она сквозь слёзы. – …Даже в примарной зоне! А переходные ноты просто ужасны… У меня ничего не получается! – она отчаянно всхлипнула и еле слышно добавила: - И не получится…
Она почувствовала, как Влад заключает её в нежные объятия:
- Тихо-тихо… Всё получится…
- Не полу… чится… - икнула она сквозь слёзы, прижавшись к нему, стыдясь своего неумения и одновременно безотчётно тяготея к этой близости…
Мужчина мягко отстранил её от себя и укоризненно поцокал языком.
- Посмотри-ка мне в глаза… Во-первых, ты опять споришь, а я этого не люблю… Во-вторых, кто из нас преподаватель? Почему ты уже за меня всё решила – получится или нет? Ты учиться пришла или куда?
- Но я же слышу… - всхлипнула она.
- Абсолютное доверие! – напомнил он, ласково убирая волосы с её щеки.
- Но Влад…
- Двойку поставлю! - притворно нахмурился Вольский, и девушка фыркнула сквозь слёзы, а он прижал её к себе, успокаивающе поглаживая по спине.
…Был ещё момент, заставляющий её страшно переживать – страх, что её неоформленные, неумелые попытки «пения» разочаруют Маэстро, и он потеряет смысл работы с ней. А она тогда потеряет смысл… жизни!
Но этого Марьяна никогда бы не решилась сказать…
Мало-помалу девушка успокоилась.
Вольский усадил её, принёс чашку тёплого чая и сел напротив:
- Ты же не говоришь в обычной жизни певческим голосом, правда? – задушевно спросил он. – Если бы мы сохраняли позицию всегда, мы бы все говорили, как Доктор Ливси из мультика «Остров Сокровищ». Помнишь?
Марьяна не помнила.
Влад Вольский вдруг внезапно выпрямился, расплылся в широкой улыбке, его брови прыгнули вверх, и он быстро заговорил совершенно незнакомым, округлым и низким оперным баритоном, едва не захлёбываясь от нарочитого восторга:
- «Чудэсно, чудэсно, вэликолэпно! Вот она, вот она – та самая, пэвческая, позициа!» – и расхохотался, увидев её ошарашенное лицо. Конечно же, девушка мгновенно вспомнила и мультик, и героя - вот что значит владеть голосом!!