- …За час пения?! – вокалистка не могла поверить, растерянно перебирая новенькие купюры – кажется, там была аж половина месячной зарплаты отчима!!
- Ну, не все девочки делают это так быстро! – с нежностью произнёс Вольский. – Поверь… звукорежиссёру со стажем. Я тоже, честно говоря, не ожидал, что ты так быстро запишешься. Ещё один показатель твоей уникальности. Многие вокалистки по неделе могут ездить – и всё равно приходится переделывать.
- О… Офигеть… - выдохнула Марьяна, с признательностью посмотрев на своего кумира. – Спасибо вам, Маэстро…
И вспыхнула, поняв, что она снова «выкнула»...
- Что-о? – притворно грозно нахмурился он, но не выдержал и рассмеялся, по обыкновению прикрыв глаза рукой. – А ну, иди сюда…
Уже много позже Марьяна узнала, что Маэстро заплатил ей за озвучку ролика гораздо больше, чем следовало, окончательно и бесповоротно смешав профессиональное с личным…
_________________________
*«Комбинация» — советская, а затем и российская женская поп-группа, ставшая крайне широко известной в начале 90-х. Отличалась «социальной» тематикой, практически каждая песня отражала то или иное явление, происходящее в обществе на рубеже 80-х и 90-х: повальный дефицит товаров, молодёжная мода, популярность тех или иных атрибутов «красивой жизни», бум латиноамериканских сериалов, преклонение перед представителями развитых капиталистических стран и так далее.
Известные хиты: «Russian Girls», «American boy», «Бухгалтер», «Два кусочека колбаски», «Вишнёвая девятка».
**Подлинный дикторский текст (цитата) - из архивного эфира «Панорамы» от 19.04.1992 г.
127. Новые навыки
…Это был один из тех дней, что «дольше века».
Уставшая от вокальных и дыхательных упражнений, утомлённая переизбытком эмоций и впечатлений, девушка сидела в машине, откинувшись на спинку, отрешённо глядя на оранжевые цепочки фонарей, нёсшихся ей навстречу – и ощущала себя бесконечно счастливой.
- Устала? – бросил на неё озабоченный взгляд Вольский, оторвавшись от дороги.
- Угуммм… - улыбнулась Марьяна, полуприкрыв веки.
- Как придёшь, сразу в душ и спать! – безапеляционо произнёс мужчина.
Девушка лукаво глянула на него и ничего не ответила, покусывая и без того горящие от поцелуев губы. Он внимательно посмотрел на неё:
- Я ведь не шучу сейчас, Марьяна! Завтра нагрузки будет больше, а у тебя ещё и хор! Ты должна выспаться, иначе...
- Хорошо, Влад Евгеньевич, - смиренно перебила его Марьяна, и с удовольствием поймала его полыхнувший в темноте взгляд.
- Не смей… - изменившимся, низким голосом выдохнул он.
- Простите, Влад Евгеньевич… - тоном примерной отличницы проворковала она. – Я не хотела…
Он ударил по тормозам – машину развернуло на обледенелой площади, – и в ту же секунду, бросив руль, в упор посмотрел на девушку:
- Нет, ты хотела… - и впился в её губы – неистово, страстно, впечатывая её в спинку сиденья, даже через шубу до боли сжимая её плечи и сбивая дыхание.
И так же резко отпрянул от неё, завёл машину и резко рванул с места.
Марьяна с изумлением прислушивалась к себе: Маэстро был прав… Она действительно хотела. Хотела спровоцировать его! Хотела вывести его на те самые эмоции, когда он «включил начальника» - обескуражить взрослого мужчину, вызывать в нём страсть, она… манипулировала?! – при этой мысли она испытала нечто вроде паники. Потому, что ей это нравилось!
Манипуляторы в её глазах всегда представлялись эдакими негодяями, которые беззастенчиво пользовались слабостями людей… Так может, эта невинная женская игра, которую она попыталась вести, этот новый «навык» – всё же не манипуляция? А что это тогда?.. И почему она так кайфует от этого?..
Внезапно тёплые пальцы Вольского нашли и чувственно сжали её ладонь, лаская, поглаживая её с тыльной стороны – и вышибая из головы все сомнения, догадки и домыслы…
Помолчав, Маэстро продолжил прежним, абсолютно невозмутимым тоном:
- …И чтоб никакой сухомятки, я хочу, чтобы ты ела нормально.
Марьяна, пытаясь выровнять дыхание, неотрывно смотрела на него, впитывая в себя его голос, его профиль, упрямый наклон головы, сосредоточенный на дороге взгляд – и её захлёстывало чувство тихого ликования… или обожания?
Она не могла сказать точно – её сердце бушевало в счастливой симфонии, полифонической или полиритмической, чёрт знает какой…
- И никакого мороженого, вообще ничего холодного, пока мы заново формируем твой голос… Холодная вода под запретом, кофе, компоты и морсы тоже, слишком горячий чай тоже… И острое желательно не есть! – он снова посмотрел на неё в темноте. – Ты поняла меня, моя вокалистка? – по интонации было слышно: он сдерживает улыбку.