-Э, народ! Харе дымить! Уваливаем отсюда! На выход, резче! Коменда с проверкой идёт…
Парни вяло и как-то задумчиво потянулись к выходу, их движения были заторможены, и у Марьяны мелькнула испуганная догадка, чем именно они здесь «дымили»…
Плотно закрыв за ними дверь, Гелла дважды повернула ключ в замочной скважине и торжествующе обернулась к девушке:
- Попалась! – хищно улыбнулась она и заржала, глядя, как Марьяна, попятившись, споткнулась и упала спиной на кучу матрацев.
Подобравшись, девушка упёрлась спиной в стенку, и, нашарив под спиной какую-то палку, сжала её в руке – палка оказалась сломанной ножкой стула.
Фыркнув, Гелла шагнула в Марьяне и ногой в грубом «солдатском» ботинке легко выбила «орудие защиты» из её руки, потом этим же ботинком сдвинула банки-склянки в сторону и плюхнулась рядом с девушкой на матрац:
- Ладно, не ссы!– повернув к ней голову, добродушно подмигнула певица и, взяв бутылку с каким-то вином, стала со вкусом пить прямо из горлышка. – Будешь?
Марьяна молча покачала головой.
- Рома-ашка, - усмехнулась Гелла, закатив глаза, потом потянулась, подобрала ещё слегка дымящийся окурок и затянулась странно, через кулак. Задержала дыхание, закрыв глаза, словно пробуя дым на вкус, и протяжно выдохнула с беззвучным блаженным смехом.
Глянула на Марьяну, протянула окурок ей – скорее, автоматически. Привычно.
Девушка в ужасе отодвинулась, отрицательно тряся головой, и Гелла вновь расхохоталась, откинувшись спиной на матрац и отставив руку с окурком:
- У ти бозе мой… - она умилённо глянула на неё, словно на забавного малыша, потом закашлялась и, приподнявшись, вальяжно развалилась на матраце, вытянув ноги в тяжёлых ботинках.
И смолкла, с любопытством, пристально разглядывая её.
Марьяна молчала, не двигаясь, слушая приглушённый рок, пробивающийся сквозь закрытую дверь. Ключ, кстати, торчал в замочной скважине, так что если выждать, когда девица напьётся…
- Ты чё такая напряжённая? – в полумраке улыбка Геллы казалась чёрной и отдельно живущей на лице.
Марьяна вновь не ответила.
- Ты чё, реально решила, что я щас тебе патлы выдёргивать буду и рожу царапать? – хохотнула Гелла, потом взяла пустой стакан, ополоснула его «Роялом» , выплеснула в сторону и наполнила до половины из бутылки, на этикетке которой Марьяна успела разглядеть три семёрки.
- Держи! – протянула ей стакан певица.
- Иди ты… - нахмурилась девушка, отводя взгляд.
- Слышь… Лучше пей сама… – угрожающе проговорила Гелла, но не выдержала и снова заржала, махнув рукой. – Бля, да расслабься уже! – и втиснула стакан ей в руку. – Не настучу я Владу, если ты боишься этого мудака!
Марьяна вздрогнула при упоминании имени Вольского. «Кажется, Ангелина Соколова настроена поговорить? – иронично подумала она. – Так поговорим…»
И, сдерживая рвотный порыв, задержав дыхание, заставила себя проглотить пол-стакана непонятного, пахнущего каким-то лекарством пойла.
В голову ударило моментально. Девушка недоумённо посмотрела в стакан:
- Что это за…
- Хрень? – услужливо подсказала Гелла. – Да фигня, «три топора»! – она затянулась, потом её губы разъехались в хитрой улыбке и она заговорила, следя за её лицом: – Ща тя ка-ак вырубит… потом я позову парней… и они тебе устроят … - и закатилась в смехе, глядя на лицо Марьяны. – Да шутка это, мля! Такая – шуточная шутка, поняла?
Марьяна трясущимися руками налила себе ещё четверть стакана и осушила в несколько глотков, чувствуя, как расслабление мягко накрыло её с головы до ног и ударило теплом в щёки. И тоже хихикнула, представив себя со стороны:
- Ну ты, блин, даёшь…
- Ну наконец-то, а то я думала, ты щас по швам треснешь от напряга! – ухмыльнулась Гелла.
- Ну… Ведь ты реально имеешь повод меня ненавидеть… - Марьяна неуклюже облокотилась на свёрнутый рулоном матрац.
- Чёй-та? – подняла брови та.
- Ну… - Марьяна виновато опустила голову и выговорила трудное: - Я же лишила тебя работы… Поэтому и подумала, что ты хочешь мне отомстить…
Гелла пьяно моргнула, потом рассмеялась:
- Ты дура, что ли? – крутанула она у виска пальцем. – Причём тут ты ваще? Всё решает Влад! И только он… - её губы искривились в мрачно-презрительной улыбке, и она чиркнула зажигалкой, раскуривая сигарету: – Это ж он твой голос заказчику отправил. Муд-дак…
Марьяна почувствовала вспышку возмущения – приглушённую опьянением, словно маленький взрыв под водой, который тут же растворился – в сочувствии этой обладательнице шикарного голоса, с которой так жёстко обошёлся Влад.