Потом!
…Подкрашивалась она тоже второпях, потому что, не подумав, сначала вызвала такси – и совершенно оказалась не готова, когда затрезвонил телефон.
Вот в эту секунду радость чуть не перешла в панику.
Накинув на себя шубку и в последний момент намотав на шею Его подарок – ангорский беленький шарфик, она натянула шапочку, схватила флакон с любимыми духами и осенила себя размашистым крестом, нанося таким образом любимый аромат.
Потом закинула на плечо сумку с паспортом и кошельком, которую она так и не разобрала с поезда, и буквально выбежала из дома, услышав вслед мамино:
- Кефира на обратной дороге купи!..
151. Встреча
Сев в такси на заднее сиденье, Марьяна механически назвала адрес и в волнении откинулась на спинку, напряжённо глядя в затемнённое окно.
Знакомые с детства улицы неслись ей навстречу, яркое солнце слепило, отражаясь от снега мириадами искр, и редкие прохожие торопливо шли по заснеженным дорожкам, выпуская изо рта белые комочки пара.
От осознания, что меньше, чем через полчаса они с Владом встретятся, у девушки даже слегка схватывало живот! Закрыв глаза, она с замиранием вспомнила, как он целовал её, сердце толкнулось вверх, а потом почему-то в голове всплыло, что Маэстро терпеть не может накрашенных губ – и она стала нервно покусывать их, чтобы сделать ярче; и это получалось плохо, потому что всё время хотелось улыбаться…
Не снимая шапочки, Марьяна выпростала из-под шубки свои вьющиеся кудри, потом поплотнее укутала горло тёплым шарфом, и вновь закусила губку, сдерживая ликующую улыбку. Маэстро Влад Вольский будет доволен…
- Приехали! – ворвался в её мысли простуженный голос таксиста.
Выглянув в окно, девушка с изумлением обнаружила, что машина припаркована с обратной стороны «Красного Чума» - так хлёстко-иронично прозвали горожане десятиэтажное административное здание богатейшего предприятия страны «ГазСеверПрома» - из-за его облицовки тёмно-красными блоками, со скромно притулившимся с краю светящимся голубым логотипом-огоньком. Входить в него с центрального входа имели право только его сотрудники – по особым пропускам.
Все, причастные к этой организации, в глазах остальных горожан были, словно члены тайного ордена, окружены ореолом избранности, а о диких зарплатах «северпромовцев» среди обнищавшего народа ходили немыслимые и завистливые легенды – и небезосновательно.
Обратная сторона здания была перекрыта железным парапетом и шлагбаумом и будкой, и ни у кого из обычных людей не возникало повода зайти туда даже случайно.
Такси остановилось, не доезжая до шлагбаума – с торца здания.
Девушка расплатилась и вышла из машины, растерянно глядя на тёмно-красный неприступный «дворец небожителей», не понимая, что ей делать дальше и куда идти.
В этот момент вдруг в торце здания сбоку открылась неприметная дверь – и в ней показался Вольский – в своём свободно распахнутом чёрном пальто, без шапки – словно на улице и не стоял трескучий мороз…
Марьянино сердце рванулось вверх. Даже издалека она увидела его пронзительный серый взгляд и любимую ироничную ямочку на щеке.
Он махнул ей рукой, приглашая войти.
Сколько лет Марьяна ходила мимо «Красного Чума»? Да всю жизнь! – и совершенно не обращала внимания на неё, да что там – не видела! – этой заветной двери, спрятанной неприметно и в то же время бывшей на самом виду, как потайная дверца в сказке про Буратино…
Она приближалась к нему по узенькой тропинке между высоких пушистых сугробов, казавшихся ей райскими облаками.
Маэстро ждал, придерживая дверь, мягко улыбаясь ей и время от времени окидывая взглядом Центральную площадь, отступил, пропуская её внутрь, потом захлопнул дверь и повернулся к ней.
Марьяна едва не бросилась к нему на шею, но вежливо-отстранённое выражение лица Вольского моментально погасило этот порыв.
- Осторожно, здесь скользко! – он предупредительно-учтиво кивнул головой, затем глазами указал в угол, и девушка заметила под потолком красный глазок видеокамеры.
Вольский повёл рукой, приглашая подняться наверх по узкой лестнице, покрытой мраморным узором:
- Третий этаж! – спокойно произнёс он и шагнул на лестницу первым.
Марьяна молча последовала за мужчиной, слегка обескураженная – она не так представляла себе их встречу, но его поведение было объяснимо – камеры сопровождали их на каждой лестничной клетке…