Его скромный кивок, вторая волна аплодисментов, более интенсивная, разбивающаяся о сверкающий огненный берег рампы…
- …и финалистка Всероссийского Телевизионного Конкурса «Золушкин Бал», очаровательная… – Лёня сделал краткую, но эффектную паузу, и ликующе выдал: – Марьяна Романова!!
В эту же секунду Маэстро, улыбнувшись, скромно отступил на шаг в сторону, как бы «уступая» сцену Марьяне, переключая на неё внимание зала, сделав рукой изящный, представляющий жест в её сторону и… захлопал сам!!
Овации и крики «Браво!» накрыли её, словно бушующий вал с картины Айвазовского, на краткий и бесконечно долгий миг оглушив и подбросив её душу куда-то в небеса, и она раскланивалась, совершенно не чувствуя тела, объятая бесконечной любовью, восторгом и признательностью к Маэстро, проживая этот миг вечности всем своим существом…
_________________________________________________
*АРЬЕРСЦЕНА - (фр. arriere — сзади)
- - 1) пространство за игровой сценой, отделяемое «задником» - фоновым занавесом.
- - 2) Часть сцены, занимающая пространство позади основной игровой сценической площадки планшета сцены.
165. Замыкая круг
Это были наиярчайшие переживания и ощущения в её жизни: замедленный, словно прибой, шум оваций, светящиеся полосы разноцветных софитов и радужные блики, заполняющие пространство сцены, – и Его взгляд, ласковый взгляд волшебника, и окутанный свечением точёный силуэт, хлопающие ладони… и вот Он приближается –тёплая ладонь берёт её за руку, и они вместе делают пару шагов почти вплотную к рампе…
Рука в руке!! Ощущения зашкаливают – по венам словно несётся электрическая густая лава, вздрагивающая от гулких, замедленных ударов сердца, стремительная сила, перетекающая из его руки – в её; и душа в очередной раз вырывается куда-то вверх…
Ещё один поклон – и они вместе, рядом, под аплодисменты, идут в ближайшие кулисы! – а сознание Марьяны плывёт в пространстве, отделённое от тела, по-прежнему выхватывая детали и лица, словно в замедленной киноленте.
…Стоящая в кулисах Нина Петровна, одобрительно кивающая, по-матерински тепло улыбнувшаяся Маэстро:
- Влад, ну, ты как всегда – супер. Жду вас с Марьянкой на финальный выход!
…Лёня, поднявший в красной варежке большой палец и подмигнувший из-за накладных бровей и усов, и – тут же шагнувший на сцену…
…Николай Гончаров, погладивший её по голове сухонькой ладонью и что-то сказавший Маэстро, что именно – Марьяна не поняла, потому что неожиданно натолкнулась взглядом на лицо Кузнецовой – двадцатишестилетняя певица скептически поджала губки, неприязненно оглядывая её с ног до головы – но этот взгляд не достиг цели – счастье окружало Марьяну слишком плотным покровом.
- …Иди наверх, я сейчас поднимусь. – услышала она спокойный голос Маэстро, и его пальцы разжались, выпуская её ладонь.
И она едва не вскрикнула – так ей стало не по себе, так хотелось, чтобы его рука продолжала держать её, чтобы длился этот сказочный миг!!
…Валерия Владимировна, любимая Вэ-Вэ, протолкнувшаяся среди стоявших в кулисах артистов, сграбаставшая Марьяну в свои объятия, – тоже говорила что-то хвалебное, растирая её предплечья, возбуждённо сдувая со своего лба голубую вьющуюся прядку.
…Мама, поднявшаяся из зала через «артистический» коридор и зашедшая за кулисы – румяная от гордости и удовольствия, благодарящая Вольского, который передал ей ключ, обнявшаяся с Вэ-Вэ – и они обе затискали вокалистку, затормошили, уводя из кулис к выходу, чтобы не мешать остальным артистам.
И она шла, оглушённая, счастливая, что-то отвечая на автомате – а перед глазами мелькали пятна от софитов, сознание ещё хранило его вдохновенный и пронзительный взгляд, когда они пели. Она видела его, поющего ей, вблизи, в лучах волшебного света! Никого и ничего прекраснее этого мига больше не существовало…
Марьяна даже не поняла, когда они втроём вышли со сцены, мама и Вэ-Вэ оживлённо трещали что-то друг другу; просто полумрак закулисья вдруг сменился обычным электрическим светом, вокалистка увидела знакомый бежевый коридор – и тут её сердце ёкнуло, а эйфорическое настроение моментально испарилось.
Напротив дверей, у «курилки», засунув руки в карманы модного узкого пиджака, сурово прищурясь, стояла Эсмира Николаевна собственной персоной.
Перед ней убито опустила голову Наташка, а рядом с ужасно расстроенным и виноватым видом стояла старшая Лукошникова.
Марьяна мгновенно просекла ситуацию: скорей всего, Наташка-таки наскребла в себе силёнок признаться, что не сможет петь соло – и разгневанная Эсмира, скорее всего, распекала её за срыв номера. Ещё бы, она же вчера у Нины Петровны «грудью на стол бросалась», дабы поставить Наташку под финал концерта, да ещё и подтанцовку обеспечить! А тут такое «кидалово»…