Марьяна почувствовала, как её снова начинает бить противный озноб, и смолкла.
Теперь её злил этот сочувствующий врачихин взгляд. Голова вновь начала пульсировать слабой болью.
- Да, да, конечно… - поспешно закивала та. – И разумеется, решать тебе, а не кому-то… Но я вижу, что ты девочка чувствительная и импульсивная… Понимаешь, Влад… Он очень классный. У него безусловно, божий дар, одарённость, гениальность – называй, как хочешь. Он замечательный друг и благородный мужчина… Но он – другой. У него образ жизни – другой. И вообще, он… из другого измерения… Семья, машина, дача – он далёк от всего этого… от всего земного, девочка…
- Вы сказали, что он нашёл донора… - вспомнила девушка подслушанную фразу.
- Ну, это уже издержки моей профессии, - усмехнулась врач. – Вы называете их Музами. Чтобы писать музыку, Владу, как любому творческому человеку, музыканту, нужна постоянная новизна чувств. Такие мужчины всё время в поиске Музы, понимаешь? Когда на него снисходит вдохновение, он может неделями жить только работой – и в такие периоды ничего не видит, не воспринимает, горит музыкой…
Марьяна невольно вспомнила, как в их первую ночь, неповторимую, волшебную, в ночь, когда она стала Его – Влад, дождавшись, когда она уснёт, сбежал из спальни и нашёлся в студии за синтезатором – и мучительная нежность стиснула её сердце, выкручивая его до боли…
Она прикрыла глаза и стала задерживать, выравнивать дыхание – как учил Её Маэстро, чтобы справиться с эмоциями и слезами…
Помогло.
Она вновь услышала тихий голос докторицы:
-…Потом, когда он теряет… донора… обязательно будет спад… В общем, нормальной женщине этого просто не выдержать…. Марьяночка, ты как?
Девушка открыла глаза.
- Это всё? – ровно спросила она.
Доктор Анна помялась, потом с горькой улыбкой добавила:
- В общем, если ты мечтаешь о свадьбе и детях – то… Марьяна, эта мечта не сбудется. И Влад никогда не женится, это я тебе говорю, как… человек, хорошо и долго его знающий… - и она снова отвела глаза.
- Не переживайте… - прошелестела Марьяна, стискивая одеяло и натягивая его до подбородка, пряча в него лицо. – Ничего не будет… Ничего не будет...
И вдруг внезапно её осенило.
Девушка вскинула лихорадочный взгляд.
- Я поняла... Да вы сами в него влюблены! Я угадала, да?! – на последней фразе внезапно прорезался её новый, сильный голос.
- Нет, - успокаивающе улыбнулась Доктор Анна. – Много лет назад мы… пытались построить отношения. Наш бурный роман был коротким. Несмотря на весь накал чувств – а Влад умеет его вызвать! – понимающе подмигнула она. – Я продержалась месяца четыре. Или даже меньше. Жизнь с гением оказалась мне не по силам. А вот друзьями остались на всю жизнь...
Это было странно. Это было ново. Весь небольшой Марьянин опыт, основанный в основном на книжках и фильмах, да немногочисленных примерах подружек, говорил о другом: люди расставались буквально «на ножах», с яростным дележом имущества и скандалами, обрывая связи навсегда. А здесь…
«Ну это же – Влад!» - с нежностью подумала девушка, сразу объяснив себе всё.
- А теперь отдохни как следует, - Доктор Анна помогла ей улечься и снова укрыла одеялами поплотнее и вышла из спальни, выключив свет.
Дверь она прикрыла неплотно ,и сквозь наваливающуюся сонливость Марьяна по-прежнему слышала её ясный, спокойный голос:
- Ты всё сделал верно. Температура спала. Теперь – попаришь ей ноги с горчицей, или пусть примет ванну тёплую, и в постель. Пить много горячего чая с малиной, с мёдом, имбирём и лимоном, или любой тёплый напиток на травах. Это – обезболивающее… А это – для полоскания горла…
Вольский тихо что-то сказал.
- Да врёт она тебе, Влад. У неё боли в глотке однозначно! Слизистая гортани воспалена. Пока можно ингаляции – вот с этим… Если через день-два не наступит резкого ухудшения – считай, страшно повезло. А вот если наступит – телефон знаешь…
Марьяна не поняла, в какой момент она провалилась в сон, пригретая одеялами сверху и уверенностью докторицы и малиновым чаем изнутри.
Последние обрывки мыслей были про то, что если бы все врачи были такие, как Доктор Анна, она бы не боялась их так сильно. И ещё: получается, она Его бывшая… Но ревности почему-то к ней не было. Странно. Это что, так проходит любовь?