Испуг вяло колыхнулся – и потонул в мягко подступившем забытьи.
.
.
180. Горчичная ванна
Сон был чудесным: кто-то в белоснежном то ли одеянии, то ли сиянии, протягивал к ней руку, нежно касаясь лица – и ликующее чувство абсолютной любви заполняло Марьяну, она парила где-то высоко-высоко…
И вдруг прикосновение стало таким осязаемым, что девушка вздрогнула и открыла глаза. Заботливо склонившийся над ней Влад снял руку с её лба:
- Отлично, температура в норме…
Марьяна прикрыла глаза, всё ещё смакуя драгоценное прикосновение.
- Долго я спала? – пробормотала она, пытаясь прогнать дикое желание: схватить эту руку, притянуть её и приникнуть к ней губами…
- Почти два часа, - тихо отозвался он. – пора пить чай с ромашкой и шалфеем…
Девушка повернула голову – рядом с кроватью на табурете стояла большая кружка, а рядом – баночка с густым тёмно-красным вареньем, заполняющим её до самых краёв. Она невольно сглотнула – так зверски захотелось чаю. С малиновым вареньем, которое пахло так остро и сладко, что рот невольно заполнился слюной.
Марьяна приподнялась на локтях и прикрыла глаза – голова закружилась.
Мужчина заботливо подхватил её под плечи, помогая сесть и повернуться, спустить ноги с кровати. Пододвинул табурет с угощением-лекарством:
- Сама справишься? Или помочь? – и, набрав в чайную ложку варенья, подмигнул и поднёс её губам девушки.
Марьяна еле сдержалась, чтобы тут же не открыть рот – из его рук она была готова принимать с ложечки даже цианистый калий! Влад ухаживал ужасно трогательно, от холодного «Маэстро Вольского» не осталось и следа. Несмотря на тревожную «взрослую» складку между бровей, он снова походил на взволнованного третьекурсника. Словно и нет между ними пропасти в двенадцать лет…
Но она была. И дети.
И Дора…
Краснея и хмурясь, девушка перехватила ложку:
- Сама.
- Хорошо. Пей и жди меня, я сейчас…
Сорвавшись с места, он умчался в ванную, загремел там чем-то, и спустя пару минут появился в спальне с большим эмалированным ведром, в котором бултыхалась, источая пар, охристо-жёлтая жижа. Едкий запах опередил Марьянин вопрос – это была горячая вода с разведённой в ней горчицей.
Влад поставил ведро рядом с кроватью:
- Горчичная ванна для ног. Давай быстренько, пока не остыла.
Марьяна отставила кружку с недопитым чаем:
- Ладно. Только ты выйди!
- Не понял…
Ну нельзя теперь ей при нём раздеваться, всё изменилось! Что непонятного?! Ну и что, что он видел её нагой! Ещё сегодня утром… Казалось, что это было безумно давно.
- Марьяна, в чём дело?
- Ну… я же не могу туда в джинсах… - пробормотала девушка, отводя взгляд.
- Ах, вот оно что… - Вольский плотно сжал губы, давя улыбку, и перешёл на «вы». – Простите, Романова, но если у вас закружится голова, я должен быть рядом.
С этими словами он уселся на краю кровати, давая понять, что ни о каком уходе и речи быть не может. Исподтишка внимательные глаза наблюдали за лицом девушки, на котором отражалась напряжённая внутренняя борьба.
- …Не обращайте на меня внимания, – невозмутимо предложил Вольский, явно поддразнивая её «выканьем». – Поторопитесь, Романова. Я даже отвернусь! – и, поднявшись, он прошёл к окну и, отдёрнув штору, привалился к оконной раме.
Принципиальность девушки его забавляла.
- Вода остывает, - вежливо напомнил он, выждав минуту.
- Выйди… - она упрямо продолжала сидеть, не двигаясь.
Вольский с шумом втянул в себя воздух и медленно выдохнул. Потом, не оборачиваясь, раздельно проговорил:
- Если ты через тридцать секунд не опустишь ноги в горчицу, я сам тебя вытряхну из этих штанов! – к концу фразы в его тоне проступило явное раздражение.
Закусив губу, Марьяна выпрямилась, встала на ноги – и стены сразу качнулись. Быстро села назад, злясь на свою беспомощность, но потом её осенило.
Откинувшись на спину, лёжа она расстегнула пуговку и молнию на джинсах и кое-как, вихляясь из стороны в сторону, стянула их с бёдер. Сесть и спустить их с ног вниз уже не составило особого труда. Оставив джинсы на полу, девушка, шипя сквозь зубы, опустила ноги в ведро с разведённой горчицей – словно в жидкий огонь.
Накинула сверху на голые коленки край одеяла и услышала удовлетворённое:
- Молодец. Ровно в двадцать пять секунд уложилась.
- По часам следил, да? – вспылила Марьяна, которую задело, что он всерьёз наблюдал за секундной стрелкой. – Мечтал, чтоб не успела, да?
Не отвечая, Влад подошёл и тщательно укутал одеялом её ноги вместе с ведром, затянул его на поясницу, потом на плечи накинул второе одеяло, закрыв-задрапировав её всю, и оставив свободными только руки.