Живой саксофон, да ещё так близко, Марьяна слышала впервые в жизни. Позабыв, кажется, даже как дышать, девушка буквально влипла ухом в дверь, жадно впитывая сумасшедшие импровизации Маэстро. Студия была заглушена превосходно – даже, когда саксофон яростно «взвизгивал» на верхних нотах, это всё оставалось в пределах студийной комнаты, почти не просачиваясь наружу.
Восторг пронёсся вихрем мурашек по коже, потом девушку накрыла истома, и она даже не почувствовала, как навалилась на дверь…
Поэтому для неё эта дверь распахнулась внезапно. Марьяна растянулась на пороге.
Вздрогнув, Влад обернулся, охнул, моментально сорвал с головы наушники, сбросил на диван золотой саксофон и, бросившись к Марьяне, сгрёб её в охапку:
- Ты как?!
- Хорошо… - прошептала девушка, восхищённо глядя на него. – А что это была за музыка? Она бесподобна… Это твоя? Это – ты?...
- О господи, маленькая моя… – тихо рассмеялся Влад, помогая ей присесть на диван. – Да это ж я просто разыгрывался! Ты как, боже мой? – он торопливо ощупывал её лицо, плечи. – Да ты горишь вся…
- «Просто разыгрывался»?.. – потрясённо повторила она, не в силах поверить, что это были всего лишь упражнения на беглость пальцев и технику игры.
- Ох… не смотри на меня так! – сдвинул брови Маэстро, вскакивая на ноги и явно маскируя за строгостью неловкость.
- Как?..
- Как на икону… - пробормотал музыкант и быстро вышел из комнаты.
Марьяна влюблённо смотрела вслед своему Маэстро. Мысли плыли. Этот потрясающий мужчина – и она?! Да какие иконы могут с ним сравниться? Хотя… если бы какой-то святой так играл на саксофоне, он бы обрушил все остальные религии… И эта дура Дора смела с ним так обращаться… Да она должна была пылинки сдувать с Него…
Влад почти сразу же примчался, держа в руках скомканное одеяло, термос, ложку, градусник.
- Давай-ка я тебя укрою… Я думал, ты дольше поспишь… Есть хочешь? Нет? А что хочешь? Что чувствуешь, скажи мне. Только честно!
- Слушать тебя…
- Марьяна… – начал Влад, но, внимательнее посмотрев на неё, усмехнулся и прищурился. – Слушать меня, - довольно повторил он. – Ну, хорошо-о… Ты будешь меня слушать. – ироничная ямочка знакомо прорезалась на щеке.
Взгляд девушки был красноречивее любых слов.
Пряча улыбку, Вольский раздавил в ложке таблетку и разбавил её водой, поднёс к её губам. Марьяна послушно проглотила лекарство, запила его сбитнем.
- Отлично, и теперь это! – кивнул музыкант, ставя перед ней пузырёк с люголем и вручая карандаш со свеженамотанной на него ватой.
Влюблённый пыл в глазах девушки поугас, по лицу пробежало отвращение.
- Марьяна-а…
Она умоляюще посмотрела на мужчину.
- Надо, маленькая! – покачал головой Влад, и вдруг его глаза хитро блеснули. – Давай! И Маэстро Вольский будет играть для тебя, сколько ты захочешь…
В этот раз звучало сопровождение – таинственное, медленное, с эхом далёких скрипок. И саксофон не рычал и не взвизгивал – он нежил чувственным вибрато, тягуче и томно ласкал звуками, придыханием, заставляя сердце замирать на протяжных нотах…
И самое запредельное – Маэстро играл, глядя ей в глаза, и она смотрела в ответ неотрывно, но видела не только этот чудесный взгляд; Его лицо целиком, словно в облаке света – и впалость щёк, и сосредоточенные брови, и губы, напряжённо обхватывающие мундштук…
И в какой-то момент Он просто закрыл глаза, полностью отдавшись исполнению, и её аж бросило в жар – настолько Влад был прекрасен в музыке!
И никогда ещё «Feelings» не звучала так сексуально…
.
186. «Фа» третьей октавы
Последний звук инструментального сопровождения стих. Маэстро разомкнул ресницы и увидел прикованный к себе, абсолютно восторженный взгляд Марьяны.
Понимающая усмешка блеснула в глубине его глаз. Мужчина приоткрыл губы, выпуская мунштук, потом сомкнул их и медленно стал водить под ними языком, наблюдая, как к восторгу в глазах девушки подмешивается совсем иное чувство. ..
- Зачем ты это делаешь? – не выдержала наконец Марьяна.
- Что именно? – его глаза смеялись.
- Сам знаешь! – сердито буркнула она, отводя взгляд и слегка краснея.
- Марьяна, это всего лиш массаж. Губы – важнейшая часть исполнительского аппарата духовика, – улыбался Влад, пристально глядя на девушку. – В процессе игры они испытывают большую нагрузку. В губной ткани, находящейся под мунштуком, происходит нарушение нормального кровообращения.
- Ты сейчас прикалываешься? – исподлобья глянула на него Марьяна, чувствуя, как участились удары сердца, не видя ничего, кроме его улыбки.