Покачав головой, врач усмехнулась и стала надевать перчатки.
Марьяна сглотнула, поморщившись; сердце замерло, а потом снова зачастило со скоростью сумасшедшего дятла. Она с ужасом смотрела, как Доктор Анна достала ампулу, пощёлкала по ней ногтем и, подпилив медицинской пилочкой, разломила и стала набирать прозрачную жидкость в шприц.
Когда она взяла другую ампулу и так же стала её подпиливать, Марьяну снова затрясло, а по щеке предательски скатилась слезинка.
- Марьяна… ну, что ты? – мягко заговорил Вольский, пытаясь её ободрить. – Ты реально так переживаешь? Аня хорошо делает, не бойся. У неё рука лёгкая.
Девушка ничего не ответила, продолжая дрожать и неотрывно смотреть на «лёгкие» руки докторицы, которая неспешно набирала вторую часть лекарства. Врач глянула на неё поверх очков:
- Месячные давно были?
Марьяна нервно дёрнулась, покосившись на Влада, который вопросительно поднял брови: нимало не смущаясь, он так же внимательно ждал её ответа вместе с доктором.
- Должны быть через… неделю… - выдавила девушка, вновь покрываясь испариной. – Причём тут это вообще…
- Нервно чересчур реагируешь... - вздохнув, Доктор Анна уверенно, с хрустом разломила третью ампулу и снова потянула лекарство в шприц.
- Пожалуйста, не надо! – почти выкрикнула Марьяна, подобравшись на диване, мельком увидев изумлённо раскрытые глаза Влада, но даже это её не остановило.
Он не понимает.
Да она и сама не понимала, почему с младенчества у неё при виде белого халата начинало ненормально колотиться сердце и зашкаливать пульс.
От страха у неё даже снова закружилась голова.
Анна Викторовна повернула шприц вверх, выжимая воздух. На кончике иглы выступила прозрачная капля. Марьяна побледнела.
- Послушай, ты взрослый человек! – раздельно произнесла Доктор Анна, легонько брызнув из шприца вверх. – Уже с мужчиной живёшь (извини, Влад!) – и такое поведение! – пристыдила она её.
- Я не могу, правда, ну пожалуйста, не надо… - часто дышала девушка.
- Ты понимаешь, что если сейчас ты не позволишь сделать укол, утром окажешься в больнице? – как могла, спокойно спросила врач.
- Пусть! – Марьяна уже тихонько рыдала.
- Там тебя никто уговаривать не будет.
- Пусть!!..
Врач обернулась к Вольскому:
- Ну, я первый раз такое вижу… Чтоб в таком возрасте… - она сердито посмотрела на часы. – Я с работы сорвалась, между прочим, если узнают, по головке не погладят!
- Сейчас всё будет нормально! – краем губ улыбнулся Вольский.
Сев рядом с Марьяной, он успокаивающе обнял девушку, и ласково прижал её к себе, энергично поглаживая предплечье:
- Давай-ка замедлим дыхание. Дыши, девочка моя, медленно. Ещё медленнее…
Кое-как Марьяна прекратила рыдать, но, прижимаясь к Владу, продолжала коситься ненавидящим взглядом на шприц.
- Марьян, ну а как-то же прививки ты делала раньше? – подняла брови Доктор Анна.
- Никак… - всхлипнула девушка. – Это всегда так, а в детстве вообще… Меня медсёстры в поликлинике втроём держали…
- Поня-ятно, - удручённо поджала губы Доктор Анна, вопросительно глядя на Вольского.
Тот еле заметно кивнул.
- В общем, я зря приехала, - деловито поднялась врач. – Чувствую, ты её по скорой к утру сам к нам привезёшь.
Прикрыв глаза, девушка расслабилась и с облегчением выдохнула: ура, жуткой процедуры удалось избежать! – и не почувствовала момента, когда Вольский, по-прежнему поглаживая её по плечу, сделал глазами знак своей экс-подружке.
И вдруг неожиданно опрокинул её животом на свои колени, быстро оголив ягодицы и прижав спину и ноги. Марьяна яростно рванулась, задохнувшись от страха, и негодования одновременно, но чуткие руки музыканта в один миг превратились в стальные клещи.
Холодная ватка протёрла кожу.
- Вы!.. Пустите!..
- Влад, держи крепче, литическая смесь болезненна.
- Да давай уже!
Следующие несколько адски долгих секунд она визжала на одной ноте – до тех пор, пока не почувствовала, как место укола протирают спиртом. Потом молча уткнулась в подушку и замерла, сгорая от стыда и обиды за их согласованное коварство, даже не чувствуя, как Влад тихонько прикрывает её одеялом.
- Авантюрист, – снисходительно обронила доктор, щелкая чемоданчиком.
- Зато теперь мы знаем, что голос у Марьяны в порядке! – весело отзвался Вольский. – «Фа» третьей октавы, не меньше! Ты снова меня удивила, – погладил он по спине ничком лежавшую у него на коленях девушку.
Не отрывая лица от подушки, Марьяна сердито дёрнула плечом.
- Кто о чём… - усмехнулась женщина. – Лишь бы соседи ментов не вызвали после этой «фа»…