- Настойчивый у тебя кавалер! – иронично хмыкнул Влад, положив трубку на телефон.
- Да капец, дурак влюблённый! – Марьяна нервно выплюнула откушенный ноготь и прижалась к нему, словно пытаясь спрятаться от реальности: мамины слезы заставили её душу буквально скукожиться. – Влад, что же я скажу теперь?..
- А ничего и не надо, говорить буду я.
- Ты?! – девушка немножко воспряла духом.
- Ну я же только что пообещал твоей маме «найти» тебя, - слегка улыбнулся он.
- Ой, точно… Прикольно «находить», когда пропажа рядом лежит, да? – поддела его Марьяна.
Влад приподнялся на локте и серьёзно посмотрел на неё:
- Если бы ты вправду пропала, я бы отыскал тебя в течение часа-двух! – спокойно произнёс он. – Даже не сомневайся, мне не составит труда найти человека; возможностей более чем достаточно.
- Да я это уже поняла, когда мент маршрутку остановил… - вздохнула девушка, пряча взгляд.
Кивнув, мужчина принёс её вещи и ушёл на кухню, а Марьяна принялась быстро одеваться. Оказывается, предусмотрительный Влад успел «провернуть» в машинке и её свитерок, который за это время высох на горячей чугунной батарее! Да, он был изрядно мятый, но зато чистый.
Почему она сама об этом не подумала? – упрекнула мимолётно себя девушка: уже не ребёнок, пора учиться хозяйствовать по-настоящему! (Моментально всплыло Дорино: «Владик чистоту любит…»)
Влад гремел чем-то на кухне, и Марьяна заспешила туда: опять он по хозяйству, а она, женщина, прохлаждается!
- Давай помогу! – она увидела, что любимый мужчина нарезает бутерброды.
- Садись, пожалуйста! – Влад кивком указал на стол, не прерывая занятия.
- Но я…
- Сядь! – он улыбался, но был непреклонен. – Чай уже слегка остыл, самая оптимальная температура.
- Я же хочу помочь тебе! – слегка обиделась девушка, садясь на табурет.
- Супер! – Влад поставил на стол тарелку с бутербродами. – Ты мне очень поможешь, Марьяна, если продолжишь дома лечение: полоскания, питьё, люголь, ингаляции, можно подышать над картошкой… Ты ведь ещё не выздоровела, к ночи пойдёт ухудшение… Ешь! – скомандовал он.
- Не хочу… - от осознания того, что уже сейчас Влад отвезёт её домой, от неизбежного расставания, от предчувствия домашней бури аппетит отшибло напрочь.
- Хочешь! – Вольский словно не замечал её настроения. – Вот твой любимый сыр… - и он подал ей кусочек «Маасдама».
Вздохнув, Марьяна положила сыр на бутерброд с маслом и принялась жевать, запивая чаем, с тоской глядя на Маэстро, который молча курил у окна, отрешённо пуская дым в форточку.
Ей хотелось плакать. Последние капли времени, данного им на двоих, утекали неотвратимо и безвозвратно, и невозможно было ни удержать, ни отодвинуть этот горький момент, и девушка старалась запомнить эти минуты, этот начавший угасать день, красивый профиль Маэстро, его прищуренные, глядящие вдаль глаза…
Счастливый сон неумолимо кончался…
И всё же настал миг, когда Влад завёл джип и тронулся с места, увозя Марьяну от своего дома. С этой минуты она впала в тихий ступор, пытаясь привыкнуть, что теперь какое-то время его не будет рядом. Совсем.
И привыкнуть не получалось.
Совсем…
Пока они ехали, Влад объяснял девушке, что он скажет родителям, при каких обстоятельствах он её «нашёл» , и как она должна себя вести.
Откинувшись на спинку сиденья, «пропажа» автоматически кивала головой, не осознавая, что произносимое напоминает уже не душевный разговор, а чёткий, продуманный инструктаж.
С каждым пролетевшим навстречу километром у девушки росло ощущение, что её изгнали из счастливого рая, грубо вырвали оттуда – и бросили в угрюмую реальность, в которой Влад, уже бесконечно родной и близкий, Мужчина, которого она познала и который познал её, вновь станет отчуждённым, недосягаемым Маэстро Вольским.
- …Ты меня слышишь, Марьяна?
- Что? – вздрогнула она, переводя на него полные слёз глаза.
Пару секунд Вольский пристально смотрел на неё, потом свернул к обочине и остановился, не глуша двигатель. Повернулся, обнял её и притянул к себе.
- Ну что ты, маленькая моя… - выдохнул он, торопливо собирая губами с её щёк мгновенно заструившиеся слёзы.
- Я не хочу без тебя!.. – всхлипнула Марьяна.
- Это ненадолго, котёночек… Моя девочка… - закрыв глаза, она впитывала его ласковый, самый приятный на свете шёпот. – Пожалуйста, не надо плакать… Ты хотя бы к родным возвращаешься, а мне вообще – в пустой дом теперь… без тебя…
- Вла-а-ад!..
- О боже, какой я дурак… Марьяна! Послушай меня, котёнок, просто замедли сейчас дыхание, и послушай! Посмотри на меня, прошу... Ну? Бесценная тайна моя… – он взял в ладони её лицо и приподнял, глядя в её глаза в упор. – Маленькая моя, родная девочка… Когда ты на меня смотришь, я… живу, слышишь?