Но эти мысли тут же вылетели из головы, когда она попала в сверкающе-хромированный лифт, в котором вместо затёртого линолеума был светло-бежевый ковролин! А одна из стен кабины была самым настоящим зеркалом!
И Марьяна даже не поняла, как они стали подниматься – это было плавно и беззвучно…
Да, это не тесная полутёмная кабинка в её «панельке», с чёрными обугленными кнопками и почти неизменным запахом мочи! Девушка даже радовалась, что родители выбрали квартиру на втором этаже и можно было не пользоваться лифтом, в котором бесчинствовали подростки, не зная, куда применить бурлящую энергию…
…А в этом лифте даже кнопки были не круглыми, а квадратненькими, словно ломтики сыра, и сияли каким-то нежно-сливочным светом!
Марьяна перевела восторженный взгляд на Влада – мужчина смотрел на неё и, тихо улыбаясь, покачивал головой. Девушка смутилась: разинула рот, как деревенская клуша, которая ничего не видела, кроме курятника да огорода!
- Я не была в таких крутых местах… - пробурчала она, слегка покраснев.
- Я понял, - отозвался Влад. – И я кайфую…
- А по-моему, просто смеёшься надо мной! – притворно надулась девушка.
- Нет, что ты… я радуюсь…
- Чему? – Марьяна всё ещё старательно хмурилась, но не могла не любоваться его улыбкой.
Придвинувшись, он слегка сжал её плечи и, наклонясь, ласково заглянул в глаза:
- Тебя так легко обрадовать и сделать счастливой.
Её сердце прыгнуло; кажется, сейчас их губы встретятся…
Но в этот ответственный момент пол еле заметно дрогнул под ногами: подлый лифт остановился!! Отстранившись, Влад подхватил её сумку и подтолкнул раздосадованную девушку к плавно разъехавшимся дверцам.
Те несколько минут, пока они шли по длинному коридору, бесшумно ступая по мягкому ковролину, Марьяна поняла, что, несмотря на бессонную ночь, она совершенно не настроена отдыхать. Они с Владом… наедине… в этих «царских палатах»…
Звякнул ключ, щёлкнул дверной замок.
И внезапно ей стало жарко от охватившего её желания.
В этот самый миг мужчина, словно почувствовав эти тайные мысли, обернулся и пристально взглянул на неё. Марьянино сердце резко набрало обороты.
Несколько секунд глаза-в-глаза. Всего несколько секунд, чуть больше, чем просто заминка, - за которые у него слегка потемнел взгляд, а у неё пересохло во рту.
Многообещающая улыбка тронула края его губ:
- Заходи.
Она зашла и замерла в очередной раз.
Конечно, Марьяна со второго года «Кантилены» выезжала сюда «на гастроли» - сборные вокальные конкурсы, дорогу на которые полностью оплачивало государство – и самолёт, и проживание с кормёжкой.
Хор обычно расселяли в гостинице «Центральной», в трёх-четырёхместных номерах со стандартным набором «кровать-шкаф-тумбочка» и удобствами на этаже. Скрипучие призёмистые кровати с непременной деревянной спинкой вдоль стены, прикрытые жёсткими, но прочными гобеленовыми покрывалами, к которым иногда прилагалось ушатанное кресло и колченогий стол с облупленной полировкой. В общем, условия были чуть-чуть получше, чем в том же общежитии музыкального училища.
Но это…
Девушка аж присвистнула тихонько, обводя взглядом апартаменты Влада – и услышала его тихий смешок.
- Это точно… полулюкс? – восхищённо спросила она, не в силах оторвать взгляда от открывшегося ей из прихожей восхитительного фрагмента комнаты – от тёпло-золотистых штор, ниспадавших от края потолка до самого пола, светло-песочного ковролина на полу, нежно-лимонных абажуров на настольной лампе и торшере, и подбранной им в тон обивке кресел, стоявших у очень красивого письменного стола с матовой отделкой.
- Точно, точно… - щёлкнул закрывшийся замок, заставив Марьяну вздрогнуть.
И в тот же миг его руки обняли её со спины… и музыкальные пальцы проворно расстегнули пуговицы на шубе. «Это сон…» - счастливо подумала девушка, уже привычно отводя руки назад, чтобы Влад одним галантным движением снял с неё шубу.
Пока он вешал шубу в шкаф, Марьяна быстро разулась и заглянула в просторный номер. И замерла, увидев невероятную, огромных размеров кровать, идеально застеленную светло-жёлтым покрывалом…
- Нравится? – услышала она вкрадчиво-бархатный голос позади себя и, краснея, только молча кивнула головой.
Воображение просто вскипало при виде этой кровати.
- Тогда сию минуту – бегом в душ! – тихо прошептал любимый, коснувшись при этом дыханием её шеи, от чего Марьяна покачнулась, покрываясь мурашками.
На ослабевших ногах она подошла к сумке и, расстегнув её, принялась неловко, суетливо рыться в вещах, почему-то жутко стесняясь Влада.