Уже?! У Марьяны тут же скрутило от страха живот, а бинты особенно сильно сдавили грудь. Она ещё не готова!
Она в панике посмотрела на Влада, и он тут же остановил официанта, который уже приготовился писать, и, подойдя к Марьяне, взял её за плечо, развернув к пристутствующим спиной:
- Лана, с вами всё в порядке? – отчётливо произнёс он.
Марьяна кивнула, глядя на него с совершенно противоположным выражением лица. Серые глаза понимающе прищурились:
- Вам нужно чуть больше времени? – помог он ей.
- Да… - сдавленно выдохнула она.
Склонившись чуть ближе, Влад быстро прошептал:
- Котёнок, всё отлично, ты молодец!
Тёплый шёпот любимого успокоил и согрел не хуже валерьянки, а ведь его лицо при этом оставалось бесстрастно-вежливым! Марьяна невольно улыбнулась.
- Лана будет петь через четыре номера, - тут же выпрямился Вольский и официант, кивнув, вышел из комнаты.
- Шо-та не так? – подбежал тут же Гесслер.
- Всё в порядке, ей нужна вода и передышка, - Вольский подошёл к столу и, взяв бокал, налил в него из графина воду.
- Может, коньячку? – подмигнул Марьяне Гесслер. – На расслабончик?
- Сёма! – предупреждающе сверкнул глазами Вольский. – Она не пьёт спиртного. Совсем! – и подошёл, оттесняя его от девушки.
- У ти бозе мой! – снисходительно улыбнулся Симеон Аронович. – А я приму, однако. И пойду уже в зал, чтоб это… не мешать вам. Настраиваться, да!
Смачно опрокинув в себя рюмочку с коньяком, с довольной улыбкой хлопнул себя по животику, и, одёрнув пиджак, бодрым шагом покинул ипровизированную «гримёрку».
- Задержи дыхание и успокойся! – подал ей бокал Влад.
Марьяна, осев на ближайший стул, жадно глотала воду.
Парик сжимал голову, ноги слегка подустали на высоких каблуках, стянутая грудь вынуждала дышать только животом – к этому вокалистка была привычна, - но это не давало расслабиться ни на минуту.
- Помни: уверенность. Даже если что-то пойдёт не так – импровизируй уверенно! – инструктировал её Вольский.
- А вдруг они поймут, что я не…
- Не поймут! – слегка улыбнулся он. – Там приглушённый свет, вдобавок они уже под кайфом… И вообще, никто из них не видел Лану Стар вблизи. Покажешь в проигрышах её фишки – характерные жесты из клипа. Этого достаточно. Будут фотографировать – отворачивайся, либо закрывай микрофоном лицо…
- Я помню. – Марьяна нервно крутила в руках пустой бокал. – А если захотят сфотографироваться или взять автограф сразу после песни?
- Не думай об этом! Ни сейчас, ни во время песни.
- Но как же…
- Марьяна, я запрещаю тебе об этом думать! – жёстко глядя ей в глаза, с нажимом произнёс Вольский. – Считай, что это мой приказ, как твоего продюсера!
Марьяна взволнованно кивнула, и он, слегка смягчившись, выпрямился и добавил:
- Это – моя забота, котёнок. Я буду рядом, в поле зрения, ты будешь видеть меня.
- Влад…
- Что?
- А можно посмотреть, откуда мне выходить?..
Ответить Вольский не успел.
В «гримёрку» впорхнула босоногая взмокшая девушка и, не обращая на них внимания, бросилась к столу и, налив в бокал воды из графина, стала жадно пить.
Обомлев, Марьяна смотрела на невысокую стройную красавицу, на которой из одежды было что-то типа полупрозрачной летящей юбки… завязанной под абсолютно голой грудью.
Марьяна тут же посмотрела на Влада. Он сохранял абсолютное спокойствие и даже не переменил позы – как стоял перед ней, сложив руки на груди, так и продолжал стоять, и на её шокированный взгляд вопросительно приподнял бровь. Перевёл взгляд на танцовщицу, понял, усмехнулся краем губ и негромко спросил ей в спину:
- Как там, в зале?
- Нормально, - бросила она, на секунду оторвавшись от бокала, и продолжила пить.
- Сейчас там кто?
- Стриптиз.
- А вы тогда кто? – насмешливо, почти зло вырвалось у Марьяны, которую ревнивый стыд душил хуже эластичного бинта.
Девушка обернулась, не особенно прикрывая рукой маленькую красивую грудь:
- Гимнастический этюд! – высокомерно бросила она, и тут же ахнула: – Лана Стар?! Это реально вы?! – и невольно сделала пару шагов.
Марьяну моментально бросило в жар: как реагировать?! Как вела себя Лана? Как ведут себя вообще в таких случаях?!
- …Пожалуйста, можно автограф? – из-за наклеенных ресниц глаза гимнастки были непомерной величины и сияли детским восторгом, она даже сделала пару шагов по направлению к Марьяне…
Ей навстречу стремительно шагнул Вольский:
- Отошла на три метра, быстро. Это эксклюзивное выступление, никаких автографов! И оденься, не на сцене уже!
- Ой, простите… - девушка заметалась, выхватила и накинула на плечи такую же полупрозрачную пелеринку, а сверху совершенно обыкновенный серый пуховый платок, такой же, как у Марьяниной бабушки. – Мне просто ещё выходить… Блин, мне никто не поверит! Я в одной гримёрке с Ланой Стар!!