- Совсем не хочется спать?
Вокалистка жалобно помотала головой. Вольский протяжно вздохнул и, приподнявшись на локте, добродушно посмотрел на Марьяну:
- Да-а, Романова… - с укором покачал он головой, сжимая дрогнувшие в улыбке губы. – У вас тут целый Маэстро под рукой, а вы… о телевизоре мечтаете!
И, поднявшись, он с притворным кряхтеньем полез под кровать, а спустя минуту под недоумённым взглядом девушки вытянул оттуда чёрный кожаный чехол.
- Гитара… - выдохнула Марьяна.
- Буду тебя убаюкивать, - проговорил музыкант, расчехляя гитару.
- И ты думаешь, что я смогу заснуть? – прошептала восторженно девушка.
- Да нет, конечно, - улыбнулся Влад. – Просто хочу поиграть для тебя…
Трогая поочерёдно струны, он подкрутил колки, выключил верхний свет и подставил широкое полукресло напротив кровати. А потом погасил и оба светильника.
- Не надо! – прошелестела Марьяна, глядя на силуэт Маэстро, который устраивался в полукресле.
Ей хотелось смотреть на него, на его игру, любоваться им бесконечно!
- …Эту музыку нужно слушать только в темноте.
«Ты просто хочешь, чтобы я вырубилась!» – подумала Марьяна, но, услышав тихий бархатистый смех, поняла, что ляпнула это вслух!
- Не-ет, я предлагаю тебе… - любимый выдержал паузу. - …испытать кое-что особенное. Только живая гитара – и твоя душа. Наедине с музыкой.
От его тихого, торжественного тона у Марьяны побежали по коже мурашки.
- Хорошо… - шёпотом согласилась она.
Как часто мы слушаем музыку в темноте? Особенно, если это живая гитара? Особенно в исполнении профессионального музыканта? А если это ещё и твой любимый мужчина и кумир?!..
Она не могла видеть Маэстро – но чувствовала всё, каждый мельчайший обертон, ауру звучания, вплоть до замирания Его пальцев над струнами во время пауз. Пальцев, которые заставляли её трепетать и замирать так же, как эти струны!
И даже паузы – и те звучали, потому что они были полны любви...
Музыка – изысканная, то неторопливая, то деликатно ускоряющаяся, со множеством украшений, созерцательно-задумчивая, – трепетала, обвиваясь мелодией вокруг тёплых басовых нот, которые в свою очередь тоже проигрывали свою собственную мелодию, словно звучали не один, а два инструмента. Играл Маэстро…
И Марьяна чувствовала, как её душа растворяется в Его музыке…
- Это твоё? – восторженно выдохнула она, когда волшебство закончилось.
- Нет, что ты. Это Каркасси…
- Твой друг?
Влад кашлянул и после паузы проговорил:
- Скорее, коллега. Маттео Каркасси – итальянский композитор-гитарист. И педагог. Средневековый… - и на этом слове, не выдержав, рассмеялся.
- Ой… точно, по стилю это же старинная музыка! - Марьяна обречённо накрыла лицо подушкой.
А Влад, не включая света, вновь заиграл что-то строгое и красивое.
- Очень академично, - прошептала Марьяна по окончании. – Тоже что-то старинное?
- Это Бурре, - коротко ответил Влад.
- Тоже средневековый композитор?
Вольский прервал игру и, включив прикроватный светильник, пристально посмотрел на Марьяну, которая жмурилась от яркого света.
- Бурре – это старинный французкий народный танец, - наконец заговорил он, глядя на девушкку смеющимися глазами. – Его многие писали, тогда это было модно. Автор этого бурре – твой любимый, как ты однажды мне говорила, композитор, Иоганн Себастьян Бах! Сюита для лютни, ми-минор.
К концу этой фразы лицо Марьяны уже просто полыхало пламенем. Ей хотелось провалиться от стыда сквозь землю. Господи, это ж надо было так облажаться, дважды!! Зачем она вообще распиналась, что Бах – её любимый композитор? Ну да, его музыку она обожает, но не настолько, чтоб знать прям все его произведения, всё творчество до таких тонкостей… Это конец.
С ровесниками она, может быть, просто поржала бы, но с Ним… Так разочаровать своего Маэстро!! Он теперь бог знает что думает… Что она дурочка и не знает элементарного – творчества средневековых французских гитаристов, и бурре не знает, и про Баха-любимого ему наплела, чтоб произвести впечатление утончённой, с хорошим вкусом девушки. Всё. Это конец. Лучше б она поступала на теоретика, хоть знала бы историю музыки в совершенстве!!
- …Марьяна? – вырвал её из мыслей обеспокоенный голос Влада.
Она замотала головой, обхватив колени руками и уткнувшись в них лбом. Музыкант отложил гитару и, присев рядом с девушкой, потряс её за плечо:
- Ты чего, котёнок?
Волнистые волосы снова отрицающе метнулись по плечам и спине.