Нет, не успокоилась, разозлилась только. На себя, на собственную реакцию – сердце зашлось, в жар бросило, низ живота скрутило!
- Ты только что. Чуть не угробила. Три дня стараний… - внятно, отделяя фразы друг от друга, предельно серьёзно произнёс Влад, продолжая её крепко держать.
Потом тяжело вздохнул:
- И ведь опять это моя вина! Да-да… - поднял он брови, встречая её растерянный взгляд. – Это я не пресёк, когда ты сегодня заговорила, раньше, чем я разрешил. Потому, что размяк. Пожалел. Убедилась, к чему приводит жалость?
Марьяна сердито кивнула. Ощущения при несмыкании отвратительны – голос неуправляем! Из-за какой-то незнакомой тётки она только что чуть не навредила самой себе. А ведь с утра по плану была студия…
И теперь её не будет?! При этой мысли у неё потемнело в глазах, а в следующую секунду она позорно разревелась, как ребёнок.
Но любимого это неожиданно… рассмешило!
- Ну-ну-ну, успокойся! – тихо смеясь, Влад отступил, осторожно увлекая девушку вместе с собой под тёплые душевые струи. – Никого не уволят, раз ты так переживаешь…
- Обещаешь? – всхлипнула Марьяна, мгновенно сориентировавшись в ситуации.
- Конечно… Не хватало мне ещё твоего срыва голоса из-за каких-то нерадивых дураков… - улыбался он, нежно пропуская сквозь пальцы пряди её волос, струящихся по спине вместе с потоками воды.
Кажется, трёхдневный целибат закончен!
…А он соскучился, сильно! В каждом его прикосновении сквозило скрученное нетерпение. Нет, Влад по-прежнему был сдержан и внимателен, но даже его безупречного самоконтроля теперь не хватало, чтобы погасить хищные искры в глубине страстно потемневших глаз...
Марьяна уже почти поддалась их гипнозу, когда в голове совершенно некстати пронеслась отчаянная мысль: «Что, если он пообещал мне, чтобы только я успокоилась и забыла про эту ситуацию?!..»
И в этот же миг она чуть не потеряла равновесие – любимый взял её лицо в свои ладони и завладел её губами – ласково и властно… Её сознание готово было взорваться! С одной стороны, такие его поцелуи превращали её в безвольное желе, с другой – мозг словно отделился от тела и категорически не желал выключаться! И продолжал стрелять ледяными стрелами мыслей.
…Может такое быть? Да запросто! Вольский не меняет своих решений, она это слышала от него неоднократно в разных ситуациях!
…Боже, как же восхитительно целоваться под ласковыми водяными струями, когда капли стекают по лицам, по закрытым ресницам, смешиваясь на губах!..
…Их всех точно уволят. И эту пожилую женщину, и другого, кого-то, кто перепутал время в бланке заказа… Они станут безработными…
…Он целуется, как бог!..
…И несколько человек окажутся в нищете, потому что он – принципиальный, а она – безвольная дура…
…Нет, он целуется даже лучше бога… Невыносимо сладко!
…Что ты там говорил про контроль эмоций?!..
Руки любимого потянули края её набухшей водой футболки к талии, и девушка, не открывая глаз, подняла руки вверх, позволяя стянуть её с себя, и задержала дыхание.
Мужчина нетерпеливо отбросил мокрую вещь куда-то под ноги.
- …Подожди!!
- Что? – его глаза уже отливали знакомой грозовой темнотой.
- Ты правда обещаешь отозвать претензию? – пролепетала Марьяна.
Только горячий душ не позволил ей дрожать от испуга – а она реально боялась, что любимый мужчина, которого она остановила «на всём скаку», сейчас реально психанёт.
Влад пристально смотрел на неё пару секунд.
Потом, опершись рукой о край ванной, соскочил на пол, снял с крючка большое махровое полотенце и обернул девушку. Снял с вешалки второе и принялся энергично растираться сам.
- Да, - наконец произнёс он. – Завтра же с утра позвоню…
- Сейчас, – тихонечко произнесла Марьяна, нервно сжав пальцах края полотенца.
Мужчина сначала замер, потом вдруг изумлённо рассмеялся:
- Ну ничего себе! Дай тебе палец, ты всю руку откусишь! – и схватил её на руки.
В комнате Марьяна выскользнула из его объятий, встала босыми ступнями на мягкий ковролин. Обернулась полотенцем покрепче и хитро взглянула на Влада:
- Звони. Мне всё равно ещё волосы сушить…
Вольский в третий раз посмотрел на неё странным взглядом, словно увидел заново. Потом присел у стола и снял трубку, продолжая задумчиво рассматривать девушку.
- Ну, звони же! – радостно поторопила его Марьяна, и, набросив полотенце на голову, чтобы скрыть волнение, стала старательно просушивать свои длинные волосы.
- Продлить, что ли, тебе режим молчания ещё на сутки?.. – услышала она задумчивый голос любимого, и победно просияла под полотенцем, услышав отрывистое журчание телефонного диска.