- …Благодарю, но у меня очень мало времени, - безапелляционно отрезал Вольский, поглядев на часы. – Так что всё же в другой раз.
- Может, всё же сейчас? – низким голосом тихо мурлыкнула женщина.
И Марьяне сразу вспомнился её точно такой же тон по телефону: «Будет всё, как ты любишь…»
- …А девочка пока пусть пойдёт погуляет, - добродушно добавила наглая красотка.
Ярость ожгла Марьяну изнутри. Это было уже свыше её выдержки!
Плохо соображая, что делает, она вскочила на ноги:
- Девочка – не погуляет! Потому, что у девочки оплачено студийное время! – отчеканила своим новым голосом, ярким, уверенным. – Извините!
Озабоченная Лена, которая не воспринимала сидящую в уголке дивана студенточку не только как соперницу, но даже, наверное, как личность, сначала оторопела, потом растерянно-возмущённо посмотрела на Маэстро, ища у него поддержки.
Вольский развёл руками:
- Она права, прости.
- Вольский?!
- Я тебя провожу.
Ну почему он такой до тошноты безупречно-галантный?!
- А я пока выпью кофе! – обрадованно кивнула Марьяна, жаждавшая отмщения, и стремительно ринулась между ними – на кухню.
Рядом с красоткой притормозила, сморщила нос сочувственно:
- Ой… Вы что, в ведро с духами наступили? Простите… – и скользнула дальше, к окну, испугавшись собственной дерзости. – Я открою форточку, Влад Евгеньевич? А то горло першит…
Дёрнула ледяными, непослушными пальцами фрамугу – раз, другой.
За спиной с оглушительным грохотом хлопнула входная металлическая дверь.
Ну всё, ей – конец…
.
Вцепившись в подоконник пальцами, девушка уставилась в окно, готовая получить распеканцию за свою дерзость: Влад ведь не знал, что она уже дважды имела «счастье» общаться с Леной-Магдаленой по телефону, и её этот выпад выглядел странно в его глазах. И в её – тоже… Вряд ли озабоченная красавица сопоставила её с подсиповатым полудетским голосочком, пославшим её к чёрту. Плевать на «Магдалену»; а вот Маэстро её сейчас, наверное, уроет…
- …Марьяна.
Она несмело обернулась.
Влад – улыбался!!
Камень свалился с её души, и девушка, бросившись к своему возлюбленному-кумиру, порывисто обняла его, прижалась, подняла голову, с обожанием глядя ему в лицо. Покачиваясь вместе с ней, как в танце, Влад тихо пропел:
- Сумасше-едшая ты моя женщина…
Она фыркнула, дурашливо боднув его лбом в грудь, и прижалась теснее:
- Я думала, ты разозлился…
- Конечно, разозлился: она помешала работе! – серые глаза Маэстро на миг негодующе сверкнули, но тут же снова потеплели: – Так что твой экспромт с «оплаченной студией»… хвалю!
Марьяна расплылась в довольной улыбке, но Влад тут же добавил:
- А вот за ведро с духами тебя стоило бы отшлёпать, как следует! Это уже наглость, – несмотря на строгий тон, уголки его губ всё же смешливо дрогнули.
- Ну, а чё она… развонялась тут!
Влад фыркнул, выпустил её и стал доставать из холодильника продукты:
- Всё равно нельзя… Сюда, вообще-то, простые люди с улицы попасть не могут. А с непростыми… нужно вести себя правильно, и, прежде всего, хотя бы держать себя в руках, моя девочка… - говорил он, методично нарезая сыр и колбасу для бутербродов.
- А чё она…
- Не «чё она», а Елена Берсеньева, - колко глянул на девушку через плечо Маэстро.
Встретив непонимающий взгляд Марьяны, усмехнулся:
- Ну да, здесь тебе не до театров… Ты только что нахамила жене главного режиссёра Республиканского Театра Драмы.
«Можем встретиться… мой дурень только что уехал с театром на две недели…» - вспомнила моментально Марьяна страстный шёпот «Магдалены» по телефону и не смогла сдержаться, рассмеялась в голос!
Вольский возмущённо повернулся, но, глядя на девушку, невольно рассмеялся следом. Покачал головой, видимо, приняв это за подростковую беспечность или что-то вроде того.
- И всё же, маленькая… - поставил он тарелку с бутербродами на стол и бросил «заварочные» пакетики в кружки. – На будущее: изволь контролировать эмоции. В нашей ситуации… - мужчина выделил эти слова интонацией. – В нашей с тобой ситуации – это вещь первой необходимости! Да и вообще, наглость – не красит…
- Наглость – припереться выяснять отношения, когда не звали! – насупилась ревниво Марьяна.
И тут же похолодела, осознав, что она только что ляпнула.
Вольский медленно поставил вскипевший чайник на стол и очень внимательно посмотрел на девушку. Марьяна замерла.
- Почему ты решила, что она пришла выяснять отношения? – подозрительно мягко проговорил он, наклоняясь к ней.
Взгляд пронзительных крупных глаз выдерживать было просто невозможно!
- Ну, потому что она так себя вела!.. Нагло!.. – зачастила девушка. – Вломилась, как к себе домой… Ты говоришь, что занят, а она всё равно… И если бы у тебя была реально запись, ей плевать… «Девочка погуляет»… Дура, блин… И это обращение к тебе… «Владю-юша»! – с отвращением выплюнула девушка,.