.
Девушка опустила взгляд.
В этот момент у неё некстати уркнул голодный желудок, но тактильный голод был гораздо мучительнее голода фиизического!
Не дав ей опомниться, Вольский подобрал отлетевшую в угол Марьянину дорожную сумку и впихнул ей в руки, натянул ангорскую шапочку на голову, подтолкнул девушку к выходу и, выйдя следом, запер музыкальную студию:
- За мной.
Она молча спустилась за ним по лестнице мимо снующих людей, Влад отомкнул замок и посторонился, галантно пропуская её вперёд, Марьяна вышла на улицу и… Дверь за спиной захлопнулась.
Марьяна оторопела.
Влад вот так просто взял – и выставил её?! Этого не могло быть, это какой-то дурной сон! Маэстро, чуткий, внимательный Маэстро, который так лелеял и нежил её – не мог быть таким жестоким!
Она молча пялилась на эту глухую дверь – без ручек, звонков и запоров – и не понимала абсолютно ничего! Влад не мог так поступить, он не такой!!
Взвизгнув тормозами, рядом остановился знакомый чёрный джип – и у девушки рухнул огромный камень с плеч, даже два камня! – Влад просто вышел через какую-то другую дверь к своей машине…
- Поняла, что значит – действовать без предупреждения? Садись.
Она мигом забралась на своё место, прижав сумку к животу, не сводя с любимого мужчины раскаявшегося взгляда. Ох, какой доходчивый и болючий был этот урок!
Не глядя на девушку, Вольский ударил по газам и машина сорвалась с места.
Наконец она решилась:
- Влад…
Мужчина не отреагировал, упорно глядя вперёд.
- Я осознала, честное слово…
- Помолчи, Марьяна.
Она послушно смолкла, глядя на раскатанную дорогу и внутренне молясь только об одном: чтобы это не было концом их отношений. И только посматривала иногда на сердитого Вольского, который по-прежнему давил на газ и сурово смотрел вперёд.
«И даже когда он сердится – он прекрасен…»
Когда джип повернул на Заозёрный, Марьяна заволновалась. Влад вёз её домой.
Домой!! Её тут же бросило в жар при мысли, которую она буквально пинками вытолкала из своей головы, обругав себя одержимой маньячкой. Нет, явно не для этого… Он же сказал, что отлучится ненадолго… У него же работа… Ему же нужно подключать аппаратуру… Он сердит на неё настолько, что даже запретил к себе прикасаться!
Что он хочет?!
Не смея спросить, она только изо всех сил сдерживала взбудораженные чувства.
Зайдя в квартиру, Влад, не снимая пальто и обуви, прошёл в «студийную» комнату и спустя минуту вышел, пряча в пластиковый кейс сверкающий золотистый саксофон. «Ах, вот оно что…» - разочарованно кольнуло изнутри.
- Влад…
Щёлкнув замочком кейса, Вольский поднял взгляд на Марьяну. В его глазах уже не было того сердито-льдинистого блеска – только усталая горчинка:
- А ведь я считал тебя взрослым человеком.
- Влад...
- Ты где должна сейчас быть? – повторил он свой вопрос и сам же ответил: - Заниматься в училище к завтрашнему дню.
- Да я и так всё знаю! – надулась Марьяна. – Я же всё выучила на синтезаторе… Ещё какой-то один день… Он же ничего не решит!
- А прогул? – спокойно напомнил Вольский. – Или ты думаешь, фиктивные справки теперь можно делать бесконечно?
Слегка покраснев, Марьяна прикусила язык – по правде говоря, она на это и рассчитывала, помня его небрежное «Справку Аня перерисует…»
- А я? – тихо спросил Влад.– Ты считаешь, что я могу спокойно отработать мероприятие, зная, что ты находишься где-то рядом? – говоря подчёркнуто спокойно, он смотрел на неё так, что у девушки сладко подкосились ноги…
Вольский закрыл на миг глаза и тряхнул головой, словно сбрасывая наваждение. Посмотрел на неё прежним взглядом и, поставив кейс с саксофоном на пол, прошёл снова в домашнюю студию и, сняв трубку с телефона, стал набирать номер.
- Привет, Эмма! Ты мне нужна… - и плотно притворил за собой дверь.
«Теперь ещё Эмма какая-то! – сжала губы Марьяна, со злостью глядя на эту дверь. – Видать, сильно нужна! Почему он от меня закрылся?!»
Впрочем, разговор длился меньше минуты. Единственное, что она услышала – его энергичное «Отлично!» - и пластмассовый стук телефонной трубки, брошенной на аппарат.
- Пойдём.
Спустя пару минут они уже летели на полной скорости – но не в город, а ещё дальше, в противоположную сторону.
- Куда мы едем? Я, вообще-то, есть хочу! Влад… Почему так быстро? Почему не в Северпром?
Ответом было молчание.
Вдали показалось маленькое здание аэропорта.
- Мы кого-то встречаем? Ты должен встретить Машу Распутину? Мы её встречаем? Ты познакомишь меня с ней?
Влад не отвечал ни на один вопрос Марьяны, упорно отмалчиваясь, изредка озабоченно посматривая на часы, и ещё – на неё, строго: воспитательный процесс продолжался.
Припарковавшись, мужчина галантно, как всегда, помог Марьяне выбраться из машины и, взяв её сумку, зашагал к зданию так, что девушка еле поспевала за ним.
Зашли они с бокового входа, обойдя немногочисленных пассажиров, которые дремали в креслах или сонно бродили по фойе в ожидании рейсов. Поставив её сумку на пол, Вольский огляделся, высматривая кого-то. И тут откуда-то сбоку раздалслось звонкое:
- Владя!
Обернувшись на зов, Вольский широко улыбнулся:
- Эмма.