Желающих сделать портрет или групповое фото, несмотря на дикий «новорыночный» ценник, было хоть отбавляй, а пианисты объединились с народниками, живущими в соседнем крыле, и решили сделать «фотку на память».
- …Но почему у нас?! – негодовала шёпотом Марьяна. – Мне спать надо!
- Чё, не выспалась, да? – Ленка расплылась в хитрющей улыбке. – Ладно, молчу, молчу… У нас – потому, что места больше всех, мы ж вдвоём живём, у других три-четыре койки… Да ладно, не рычи, бросай давай сумку и вставай скорее рядом! – потянула она подругу обратно в комнату. – Он щас этажом ниже фоткает, обещал сразу к нам! Пять минут, и готово! Будешь единственной дирижёркой среди пианистов и народников!..
Наскоро скинув шубу, Марьяна наспех собрала волосы с макушки в хвост, оставив основную длину лежать на плечах, и, даже не сняв сапожек, пристроилась во втором ряду. Нет, её туда энергичным движением бедра впихнула Ленка. Сзади гоготали какие-то малознакомые парни, топчась по кровати, которую втиснули перед окном, разметав по бокам куцые шторки. Они были верхним ярусом. Второй ярус состоял из трёх студентов, которым пришлось чуть присесть, и трио дружно орало, что «колени скоро треснут». Впереди на стульях устроились тщательно накрашенные и причёсанные модницы (они и уломали фотографа подняться к ним на этаж). И в этот момент зашёл фотограф.
Это будет их единственный совместный с Ленкой Галанцевой снимок.
Такие они и остались на том фото – беспечные студенты, разнохарактерные, весёлые, верящие в своё время, счастливо не ведающие, какие испытания и уроки уготованы им судьбой. Полные надежд и непередаваемого ощущения бесконечной силы, свойственного только юности – ведь впереди была целая жизнь!..
…Конечно, пятью минутами не обошлось. Пока кривлялись – позировали, пока вынесли лишнюю кровать и стулья, пока поболтали после и, наконец, выдворили особо общительных – прошло не меньше часа.
Когда комната опустела, Марьяна рухнула на кровать, сбросив с неё измятое верхнее покрывало:
- Ка-айф, тишина…
- Ага, - отозвалась Ленка. – Давай, расскажи уже, чё там на «Рок-Фесте» было.
- Да ничего особенного! – хмыкнула Марьяна, потом старательно потянулась, имитируя расслабленность. – Так, попела… других послушала…
- Буратину богатенького подцепила… - в тон ей дополнила Галанцева со своей кровати.
- Чего-о? – повернула к ней лицо Марьяна. – Спятила?
- Ну, я-то пока нет, а вот Аладдин, видимо, да! – безмятежно смотрела на неё Ленка. – Я к «Даркам» заходила… И краем уха услышала, что вроде как ты с главным спонсором уехала, даже не попрощамшись… Сильно расстроился мальчик, между прочим. Коварная ты женщина, Романова, ветреная, на жирных колобков западаешь… - заржала она, задирая ногу в лохматой тапке, потому что вскочившая Марьяна привычно ухватила за угол подушку.
Но «снаряд» не полетел в Галанцеву.
Девушка задумчиво опустилась обратно на край кровати.
«Жирный колобок», без сомнения, Гесслер.
…А ведь и верно, для парней всё именно так выглядело: выкатился якобы случайно из толпы, поздоровался, а потом она отлучилась за визиткой и пропала. Неужели Гелла промолчала? Или, когда «Дарки» хватились свою «новую солистку», по приколу навешала лапши на на их музыкальные уши: мол, Романова уехала с главным спонсором фестиваля? С неё ведь станется…
Впрочем, инсинуации Аладдина тут же вылетели у неё из головы – столько всего произошло потом, столько она про себя узнала, что «рок-туса» померкла перед ярким фейерверком последующих эмоций. Время с Владом – наедине, потом в студии… Грядущий вокальный конкурс… Конкурс!
- Эй, ты тут? – пощёлкала у неё перед лицом Ленка.
Марьяна с трудом вернулась в реальность.
- Мне надо спать! – твёрдо заявила она.
- Я помню, - снова двусмысленно хмыкнула Галанцева. – Точнее, понимаю…
- Ничего ты не понимаешь! Голос подсадила, сон восстанавливает связки!
- Тогда не ори на меня!
- А ты не беси меня!
- В душ идёшь?
- Да! И сразу спать, ясно?!
- Романеция, ты маньячка…
С трудом проснувшись по будильнику в шесть-тридцать утра, Марьяна впотёмках нашарила кнопку настольной лампы и нажала её. Торопливо умылась, оделась и, не найдя на столе ничего съестного, заварила быстрорастворимую лапшу. Сейчас зальёт её кетчупом, вот и завтрак – сытный, горячий…