.
«Неслабо он психанул…» - подумала смущённо Марьяна, открыв поэтический сборник и глядя сквозь него, не в силах читать, раздумывая над произошедшей ситуацией.
Она, конечно, понимала, что Влад – профи, но всё-таки не ожидала настолько глубокого и серьёзного подхода к музыкальному материалу. А ещё было неловко за своё поверхностное отношение и к песне, и к выступлению. Её Маэстро вновь преподнёс очередной урок.
Найдя нужное стихотворение, девушка заставила себя отбросить посторонние мысли и стала вчитываться в строчки.
И некоторое время спустя с волнением осознала, что эти стихи – совершенно иное, а вовсе не светлая новогодняя лирика!
Обнаружив три четеростишия, которые Эльдар Рязанов зачем-то выбросил при создании киноверсии, будущая певица испытала что-то вроде лёгкого потрясения: эти строки совершенно меняли смысл стихотворения и его настроение!
Вновь и вновь Марьяна перечитывала строки, которые написала Белла Ахмадулина в далёком 1959-м году, будучи практически её ровесницей – и у неё самой протяжно щемило сердце. Сколько потерь пришлось испытать тогда ещё юной Белле, чтобы исторгнуть из сердца такое?!
…И душу вдруг накрыла страшная тяжесть – предчувствие потерь, ожидающих на жизненном пути каждого, и её в том числе, потерь горьких, болезненных – и неизбежных…
.
.
Когда Вольский вернулся в студию, Марьяна подняла на него беспомощный взгляд:
- Влад, это же невозможно сильно… - она прижала стихотворный сборник к груди. – И… Разве я смогу это донести до зрителя?..
Лицо музыканта посветлело, а морщинка между бровей разгладилась. Он шагнул к ней и присел перед креслом, глядя на неё снизу вверх и довольно улыбаясь:
- Теперь – сможешь.
- Зачем Рязанов изуродовал её стихи?!
- Уж прям «изуродовал»! – в прищуренных глазах мужчины заиграли смешливые искры. – Максималистка моя… - он ласково потрепал девушку по макушке, взъерошив волосы, и поднялся на ноги. – Не отвлекаемся! Я вижу, ты подошла к пониманию подачи песни.
- Подошла! И… Влад… - Марьяна нервно потёрла обеими руками лоб. – Разве такая песня подходит для этого конкурса? Ты не подумай, я не капризничаю! – заторопилась она. – Там же нужно что-то модно-зажигательное, разве нет? А тут серьёзная вещь… Только не сердись, пожалуйста! Я боюсь, что её никто не воспримет среди попсы! Для этого нужно особенное состояние, а не развлекушечное…
Любимый мужчина и не думал сердиться, он с неподдельным интересом выслушал её и, потянувшись, откинулся на спинку кресла.
Потом внезапно подался вперёд и, с улыбкой пристально глядя на Марьяну, медленно, уверенно, словно кодируя, произнёс:
- Ты споёшь эту песню на конкурсе, девочка, и споёшь отлично. И зрители, и судьи воспримут тебя замечательно. Ты займёшь второе место.
И весело рассмеялся, глядя, как у опешившей девушки приоткрылся рот.
Притянул её за талию и, смеясь, дурашливо боднул лбом в живот:
- Не смотри на меня так, маленькая…
- Знаете, Маэстро… Я не удивлюсь, если ваше настоящее имя – Вольф Мессинг… - Марьяна пыталась шутить, но получалось плохо.
- Ну тогда что это сейчас было? Предсказание? Гипноз?
- Опыт, моя девочка, всего лишь опыт и знания… - смеясь, Вольский откровенно наслаждался её состоянием. – И проверенный алгоритм действий… И тогда результат можно предсказать на девяносто девять процентов…
- Ой, темни-ите, вы Влад Евгеньич! – подозрительно протянула девушка, нахально присаживаясь к нему на колени. – Извольте объясниться! Нет, ну Влад… Ну серьёзно! – обняв его, Марьяна просительно заглянула в глаза мужчине.
- Хочешь, чтобы я выдал секрет победы? – подмигнул он.
- Очень хочу, Влад. А вообще, я бы с удовольствием спела твою песню… С тобой…
- О боже мой, - засмеялся он тёплым смехом. – Во-первых, конкурс молодёжный, мне туда нельзя. Во-вторых, «Мечты сбываются» уже звучала в столице несколько раз на подобных мероприятиях. В-третьих, ты должна засветиться именно в качестве солистки!
Некоторое время они молчали.
- Но почему именно эта песня? - нарушила молчание Марьяна.
- …Значит, ты хочешь понять, чем я руководствовался при выборе песни, - задумчиво хмыкнул Вольский.
Девушка затаила дыхание.
- Ну, во-первых, я люблю Таривердиева… - Вольский поймал недоверчивый взгляд Марьяны и усмехнулся. – Конечно, только мои вкусовые предпочтения ни при чём. Времени написать песню под конкурс у меня не было, времени на проработку – тем более, поэтому нужно было выбрать – а: то, что твёрдо лежит на слуху, бэ: знакомо всем, и вэ: что выделится из общего формата. Но выделится не за счёт эпатажа или образа, а прямым попаданием в подсознание, причём вызывающим самые приятные ассоциации у всех возрастных категорий.
- Понимаю… - медленно качнула головой Марьяна, осмысливая сказанное.
- Также при этом я пока ещё не хочу рисковать твоим голосом, - продолжал Маэстро, рассеянно просеивая сквозь пальцы её длинные волосы. – Когда вокалист поёт в комфортной зоне, он выдёт максимальное эмоциональное состояние, максимально раскрывается в песне. Это сразу выводит его на несколько порядков выше, нежели просто демонстраторов диапазона. Запомни это, маленькая моя…
- Я запомню! – серьёзно кивнула девушка.
- Ну и наконец, этот конкурс – проходной, я заявил тебя туда только потому, что тебе необходимо засветиться перед жюри, в котором будут сидеть дамы из Минкульта, и светиться перед ними периодически... Тётки, как ты догадываешься, возрастные, поэтому Ахмадулину они воспримут гораздо лучше, чем «Плачет девушка в автомате» или любую другую попсню. Под «Иронию судьбы» они влюблялись, слушали звон курантов, многие знают стихи Ахмадулиной, а некоторые – её лично… Поэтому ты должна снять манеру исполнения песни один-в-один, каждый оттенок голоса! Ты это сможешь… Теперь тебе понятно?
- Да… - тихо откликнулась девушка, глядя на своего наставника с тихим восторгом. – Да, Маэстро…
- Больше не будешь спорить со мной? – улыбнулся Вольский.
- Не буду… Только вот… - начала Марьяна и примолкла, отведя взгляд.
- Что ещё? – в его серых глазах снова заискрилось веселье.
- С таким крутым подходом – почему только второе место?
- Первое уже куплено.