А юные актёры разом воззрились на свою руководительницу, было видно, что им очень хотелось того, что предложил Влад, но ребята сдерживались: дисциплина в театре была железной, как и авторитет режиссёра.
Та благосклонно кивнула, и они оживлённо-азартно повскакивали с мест. Улыбнувшись, Вольский глянул на часы:
- Думаю, «ансамбли» уже подходят к концу. Спускаемся на сцену!
Они вышли из класса театральной студии и Влад сразу набрал скорость. Марьяна еле поспевала за ним; белые одежды развевались за спиной и вокруг рук, и ей безмерно нравилось это ощущение.
Уже спускаясь по лестнице, Вольский коротко обрисовал своей вокалистке, что актёры создадут на втором плане пластическую импровизацию, которая подчеркнёт настроение песни.
- А как они это сделают? – почти задыхаясь от быстрой ходьбы и тайной радости, спросила Марьяна.
- Увидишь по телевизору! – подмигнул Влад, пряча улыбку.
- Конкурс снимает телевидение?! – опешила девушка.
- Финал «Новой Волны» равен Гала-концерту. И это уровень повыше «Золушкиного Бала», обязаны осветить, хоть и без московских звёзд…
- Но ты менял номинации! Прямо во время… Разве так можно?!
- Это не прямой эфир, - улыбнулся Вольский. – Все заминки вырежут, как и неинтересные номера. У них лимит по времени. Я решил, что твоё выступление точно пройдёт в эфир…
- Когда ты успел всё это продумать и решить?! – тихо пробормотала девушка.
- Я импровизировал.
Он увидел её потрясённо-влюблённый взгляд и смущённо потёр верхнюю губу, словно пытаясь стереть улыбку:
- Не смотри на меня так, вокруг полно людей... И вообще! Просто меня разозлила выходка с твоим платьем! – пояснил торопливо этот невероятный мужчина и снова принял официально-отстранённый вид. – Теперь ты идёшь вниз, а я в зал.
Он уже развернулся, чтобы уйти в другое крыло коридора, но девушка ухватила его за локоть:
- Но я же не знаю, что они будут делать! Ты мне ничего не сказал!
- Пой так, словно ты на сцене одна!
.
.
Скандал начался с первой же секунды - ещё не смолкли аплодисменты зала...
То ли от переизбытка эмоций, то ли от любви, помноженной на фанатизм, но у юной певицы получилось досконально выполнить все задачи Маэстро, от упражнения на технику самонастроя за кулисами – до финальных аккордов конкурсной песни.
Оказавшись в лучах прожекторов, Марьяна впала в некое подобие транса.
Девушка смотрела прямо на слепящий прожектор, заключивший её в круг белого света, за пределом которого была сплошная тьма, забыв о всех переживаниях – они вдруг оказались далёкими и незначительными. Она пела, забыв о том, что позади неё происходит какое-то действие актёров в облегающих чёрных костюмах, о телевидении, жюри и даже о зрителях.
Вокалистка вошла в труднодостижимое для неё прежде состояние «публичного одиночества», чему немало способствовал гениальный текст Ахмадулиной.
О одиночество, как твой характер крут!
Посверкивая циркулем железным,
Как холодно ты замыкаешь круг,
Не внемля увереньям бесполезным…
Вокалистка не пропевала – проживала каждое слово, словно прощалась с теми, кто оказался за чертой белого света, постепенно теряющей резкость из-за тумана, обрамившего её босые ступни – заработала дым-машина.
Юный ангел, стоящий на клубящемся облаке – и изломанные страдальческие силуэты актёров, еле проступающие на втором плане. Это было очень контрастно и символично. Постепенно резкость и угловатость позировок сменилась сдержанностью и плавностью движений актёров.
К концу песни бестелесные «тени», подняв руки в прощальном жесте, тихо отступили в темноту, оставив певицу в луче постепенно меркнущего прожектора.
После мига абсолютной тишины и темноты сцену залил яркий свет, а зал взорвался громкими аплодисментами и криками «браво».
Марьяна поклонилась, ещё пребывая в песне, приняла от кого-то букет цветов и, ступая босыми ногами по сцене, пошла в кулису.
И была встречена яростным:
- Это нечестно!! Прохиндейка!!
Какая-то незнакомая тётка угрожающе трясла пальцем у неё перед носом.
Марьяна, стиснув хризантемы в шуршащем целлофане, испуганно отступила в простенок, но эта чокнутая уже вцепилась в лацканы ошарашенной ведущей и трясла её:
- Пусть Романову снимают с конкурса!! Результат не должен быть засчитан!!
- Прекратите скандальничать! – пыталась отодрать от себя её пальцы конферансье. – Выйдите отсюда! Мне надо вести конкурс!
Ей на помощь прибежала какая-то другая дама административного вида и наконец им вдвоём удалось оттеснить пышущую гневом тётку. Нацепив дежурную улыбку, ведущая вышла на сцену объявлять следующую солистку. А разгневанная тётка, то ли руководитель, то ли мать одной из солисток, напустилась на администратора: