Ну как про это ей рассказать? И про их танец, про его взгляд и эту загадочную полуулыбку… и про разговор за кадками с растениями, про эту хрупкую, нежную доверительность, которая возникла между ними… Про песни в машине – тем более! Нет, сейчас эмоций было слишком много. Они захлёстывали. И девушке не хотелось ни с кем разделять такое сокровенное.
Марьяна кусала губу, раздумывая.
- А ещё я тоже с Киллем потанцевала! - с детской «мстюлькой» выдала Лукошникова. – Мы туда когда вернулись, там уже, конечно, все набухались, всё сожрали, взрослые спустились вниз и тусили все вместе! И Килль тоже! Фоткался со всеми и танцевал так ржачно! Но Вэ-Вэ была даже ещё ржачнее, она там такие кренделя выделывала! Видела бы ты… - она вновь расхохоталась. – тарелку на башку поставила, на неё – бутылку вина, и бёдрами такая – тыщ, тыщ! – как в индийском кино! Ващееее… ей так орали и хлопали все! А Эсмира сидела в углу и бухала, злая была, как чёрт… Ну Марья-а-аш! – жалобно почти проскулила Наташка. – Вот я всё-о-о тебе рассказала, а ты-ы-ы?
Марьяна вздохнула и, сдерживая улыбку, постаралась сказать спокойно:
- Да ничего особенного. Просто подвёз меня домой.
На том конце трубки раздался шорох и громкий треск, потом молчание. В обморок там Лукошникова брякнулась, что ли?! Марьяна заволновалась. Но в этот момент Наташка проявилась снова:
- Вольский?! Тебя?! На своей машине?!! – последнее слово она выдохнула почти на ультразвуке.
- Ага. Просто подвёз.
- И вы разговаривали?!
- Ну не молча же ехали. Ты это, водички выпей, а то ещё инфаркт схватишь...
- Я сейчас убью тебя!! – засопела Наташка. – Что он тебе говорил?!
- Сказал, чтобы я переводилась на вокал с дир-хора. Что у меня голос.
- И всё?
- Всё…
- Не ври!! – взвизгнула она.
- …визитку дал свою… - и пока Наташка на том конце трубки хватала ртом воздух, торопливо закончила: – А толку. Окончен бал, погасли свечи. Завтра опять в музучилу чухать, учиться, учиться и учиться… - озвучив это, Марьяна вдруг поняла окончательно, что всё так и есть. И грустно смолкла.
Наташка дышала в трубку секунд десять, потом выдохнула:
- Знаешь ты кто?!
- Кто?
- Сучка ты везучая!!
- Угу, - печально подтвердила Марьяна и не удержалась – рассмеялась вслед за подружкой.
______________________________________________
* «Перевочик с прищепкой» - Леонид Вениаминович Володарский — советский и российский переводчик, писатель, радиоведущий. Известен главным образом как синхронный переводчик многих фильмов, появившихся на советских и российских экранах в 1980-х — начале 1990-х годов, когда озвучивал множество зарубежных кинофильмов. В общей сложности перевёл 5000 картин. Получил известность среди зрителей за счёт своей манеры речи и специфического произношения. В юности дважды сломал нос (авария и драка, из-за чего имеет характерные особенности голоса, в связи с чем о Леониде Володарском сложилось мнение как о «переводчике с прищепкой на носу» (в связи с этим также ходила легенда, что голос искажался специально, дабы избежать репрессий со стороны КГБ)))
33. Ссора
Проснувшись, Марьяна счастливо улыбнулась, не открывая глаз. Воспоминания вчерашнего вечера вновь и вновь всплывали у неё картинами, перед глазами, словно живое, возникало лицо Вольского – всё же он был неуловимо схож с Коррадо Каттани…
Его крупные серые глаза под густыми тёмными бровями, внимательный и серьёзный взгляд…
И тень улыбки, как бы скользящей украдкой…
Вот он смотрит на дорогу, держась за руль…
Вот он улыбнулся – коротко и светло…
А эта его ямочка на гладко выбритой щеке…
Солнечный луч защекотал ресницы, девушка отбросила одеяло и повернула голову к двери:
- Ма!... – и схватилась за горло, закашлявшись: из него вырвался сдавленный хрип.
Резко сев, Марьяна попробовала глотнуть и сморщилась: обложенное горло тут же отозвалось болью. Мама заглянула в двери:
- Проснулась? А чего сидишь, глаза выпучила? Пошли билеты покупать на завтра.
Марьяна молча замотала головой.
- Ну здрасьте! У тебя скоро зачёты, и так… погуляла!
- Горло… - еле слышно прошептала девушка, морщась от боли.
Лицо мамы вмиг изменилось.
- То-то ты вчера румяная спала уже, когда мы вернулись, - она озабоченно потрогала лоб дочери. – Конечно, температура. Дай-ка телефон сюда…