- Давайте! – удивлённо согласилась с ней Бурковская.
…Самое ужасное было то, что Влад не появился на хоре.
От пения Марьяна была освобождена, но всё равно приходила в хоровой класс, чтоб сесть в «красный угол» с нотной партией и хотя бы так видеть любимого, но…
Вольского не было.
Марьяна гнала от себя все дурные мысли.
Отпинывала, отфутболивала, пресекала.
Не раз и не два ей хотелось подбежать к телефону-автомату и набрать номер музыкальной студии, или номер «Авалона» - обе комбинации цифр девушка помнила намертво. Но каждый раз непонятная то ли заносчивость, то ли гордость вяло взбрыкивала в ней, и Марьяна шла мимо телефона, сжав зубы. В голове всё ещё зудела та Ленкина фраза: «Да дай ты мужику соскучиться! Он тосковать по тебе должен!»
Но пока что, видимо, скучала и тосковала только она…
И это не злило, это придавливало безысходностью.
Вечерами девушка занималась – остервенело, раз за разом, бесконечно проигрывая этюды, отрабатывая аппликатуру. Когда она играла «каприс» Паганини – перед глазами стоял Маэстро, роскошно исполняющий его на электрогитаре – там, в неоновом полумраке, перед бандитами, спасающий её, Марьяну, этой бессмертной музыкой от назойливого внимания криминального короля…
Эмоции сдавливали клещами грудь, и, почти задыхаясь, девушка играла, пока не отказывали пальцы, пока её, вместе с другими особо старательными зубрилами, не выгонял сторож…
В фойе, в обнимку с её шубой, в кресле уже ждал Аладдин. Как правило, у него наготове был маленький пакетированный сок и яблоко, или остывший пирожок. Отнекивания не принимались, да и девушка особо не сопротивлялась – к этому времени она была зверски голодна. Пока она ела, Ал вызывал с вахты училища такси – ходить в такое время по малоосвещённому городу, особенно по нецентральным улицам, было опасно – и они ехали домой.
Марьяна садилась на заднее сиденье.
В первый вечер Алексей решил было забраться вслед за нею, но девушка так зыркнула на него, что парень со вздохом сел рядом с водителем.
Во второй раз уставшая Марьяна позорно отрубилась прямо на сиденьи, пока парень курил около машины и болтал с таксистом… Она проснулась от тряски, обнаружила свою голову на плече юноши и отпрянула, получив в ответ извиняющуюся, и очень довольную улыбку. Парень решил взять её измором?
Наорать было нельзя – режим – и девушка только погрозила Алу кулаком, пообещав себе мысленно назавтра выехать раньше, на автобусе.
План удался, Марьяна успела на предпоследний автобус. Втиснувшись в переполненную людьми «девятнашку», она крепко сжала сумку с нотами, прижав её локтем к боку, чтоб никто не залез: после «генеральной уборки» Людмилы она решила держать деньги при себе, распихав их по разным карманам.
Народ постепенно выходил, и девушка доехала до остановки «Строитель» уже в почти пустом автобусе. Спрыгнула с подножки и, меся рыхлый снег, потопала по дороге, подскальзываясь и чертыхаясь – за всю зиму снег чистили хорошо, если пару раз.
До общаги оставалось каких-то четыреста метров, когда из неосвещённого проулка выступили двое и перегородили девушке утоптанную тропинку.
- Опачка, какая встреча! – пьяно провозгласил один, качнувшись.
Второй оглядел Марьяну с головы до ног и осклабился:
- Ну приве-ет, глазастенькая…
В животе повис тяжёлый ледяной кусок.
Марьяна попятилась.
В голове билась одна-единственная мысль: нельзя кричать… режим…
.
Торопливые уверенные шаги по скрипучему снегу донеслись сзади. Алексей догнал Марьяну, перехватил у неё сумку с нотами, деловито приобнял за плечо и, не обращая внимания на хулиганов, уверенно чмокнул в щёчку:
- Малыш, всё в порядке? Ну что ж ты не дождалась… - пожурил он её, увлекая за собой, окидывая вызывающим взглядом полупьяный дуэт.
«Гопникам» ничего не оставалось, как расступиться в стороны – они почуяли, что парень готов и постоять за свою девушку.
А Марьяна облегчённо перевела дух, перебирая дрожащими ногами рядом со своим спасителем и даже была рада, что его крепкая рука прижимает её талию. Если бы не Аладдин, она бы точно сорвала голос. Или ещё что похуже…
Она благодарно покосилась на юношу. В «дутой» зимней куртке и спортивной шапочке Ал казался плечистее и крупнее, чем был на самом деле.
- Ну, что ж ты не отталкиваешь меня? – добродушно подколол он её.
Марьяна тут же попыталась сбросить его руку и ойкнула – дружеское объятие на миг превратилось в стальной захват.