.
- Вырубай музыку! – проорала Ленка сквозь визги электрогитар и ударила по выключателю.
Свет зажёгся одновременно с тишиной: Марьяна испуганно выдернула шнур из розетки, дверь открылась, в комнату ввалились Граф и Аладдин.
- Ни хрена себе…
- А я предупреждал!..
- Мальцев, заткнись и хватай её за руки, я – за ноги…
- Романеция, чё застыла? Воды принеси!
Марьяна бросилась к чайнику, косясь на бесчувственную Людку, которую парни перенесли на её кровать. Её начало потряхивать от осознания произошедшего.
В двери замаячили лица соседей по этажу, жаждущих воочию увидеть «чёрную мессу» - новость о жёстком розыгрыше разлетелась по общаге почти мгновенно.
- Свалили отсюда! – проворчал через плечо Граф и, набрав в рот воды, стремительно выдул её на девушку. – А то коменда приползёт, нах…
- Уже приползла! – раздался из дверей злой голос комендантши.
Марьяна и Ленка разом вздрогнули, Граф шёпотом выматерился, а Людка всхлипнула , открыла глаза, и вдруг зашлась в истерических рыданиях, закрывая лицо руками:
- Галина Осиповна, я не хочу здесь жить!.. не буду здесь жить! Они сатанистки-и!.. Ма-амочка-а!..
Комендант общежития, прищурясь, оглядела «декорированную» комнату и сквозь сжатые челюсти пролаяла:
- Завтра! На стол директора! Ляжет докладная!
- Не советую! – подал голос Аладдин.
- Мальцев, ещё тебя не спросила!
- Ну просто получается, уважаемая Галина Осиповна, - подчёркнуто вежливо заговорил Алексей, - что именно по вашему недосмотру в общежитии создалась благоприятная среда для развития секты… причём не одной! – поднял он палец. – В правом крыле в сто второй собираются баптисты, например. Там же Свидетели Иеговы этажом выше свои книжки всем втюхивают…
Комендантша на секунду смутилась, но тут же зло набычилась:
- Со всеми разберусь! Будет всем вам… Армагеддон, иттить-колотить! Разошлись все по комнатам, быстро!
Любопытных словно ветром сдуло. Ал попытался задержаться, но комендантша самолично развернула и тычком направила к двери.
- Я здесь ночевать не останусь! – истерично вскинулась Людка. – Переселите меня, пожалуйста!! Не буду жить с сатанистками! Я… я на вокзал пойду!!
- Тьфу! – плюнула с досадой Галина Осиповна, видя, в каком состоянии находится студентка. – Бери постельное, марш за мной! Совсем с ума посходили, одни бухают, как черти, другие чёртов цирк устраивают…
Людка подхватилась мгновенно.
- А вы! – обернулась комендантша на пороге на Ленку с Марьяной, потом перевела взгляд на перевёрнутые кресты на стенках. – Чтоб комнату привели в порядок, щ-щас же!
Дверь захлопнулась.
Граф иронично ухмыльнулся ей вслед:
- Щ-щас… Ага… - подойдя к Ленке, он эффектным «па!» задул чёрную свечу, которую она до сих пор растерянно сжимала в кулаке, и довольно подытожил: – Ох..енно получилось!
.
- …Ты мне только одно скажи! – допрашивала Марьяна Галанцеву, которая с хихиканьем срывала обгорелую бумагу с обоев и бросала на пустую бывшую-Людкину койку. – Откуда ты сатанинские молитвы знаешь? Мне реально жутко стало! Я б на её месте тоже в обморок брякнулась! «Глория сатанаэ»…
- Не боись, Романыч! Она нормальная! – гыкнул Граф сверху: стоя на табурете, он менял тусклую лампочку обратно на яркую. – Этот текст я подогнал, песня моей любимой группы…
- Так это ты – сатанист? Капец. Ленка, я бы на твоём месте задумалась, встречаться с ним или нет…
- Жаль, спектакль быстро кончился! – ржал Граф. – У меня был крутой сценарий…
- Главное – сработало! – Галанцева посмотрела на часы. – Пожрать бы.
- Не просто пожрать, тут отметить свободу надо! – многозначительно щёлкнул по горлу художник.
- Я тебе отмечу! – сразу взвилась Ленка.
Граф соскочил на пол и скорбно посмотрел на Марьяну:
- Вот и вся благодарность, да, Романыч?
- Ленк… - девушка нерешительно глянула на подругу. – Ну ведь правда, круто же всё придумал…
- Я! – возмущённо выдохнула Ленка. – Я придумала!
- А он сделал… Мы бы точно не смогли…
Галанцева сокрушённо вздохнула, и Граф просиял:
- Другоэ дело! – и умчался.
Ленка сумрачно глянула на Марьяну:
- Ну чо, пошла я чистить картошку, а ты, потакальщица, лети в ларёк, лечо купи… надо побольше жратвы, чтоб его графское величество не набухался в хлам…
Вернувшись из ларька с банкой уваренного перца в томате, Марьяна застала очень злую Ленку. Рядом с ней сидел её талантливый художник-декоратор и… Ал.
Галанцева злилась: «Величество» пришло уже пьяное – точнее, его втащил, как рассказала подруга, запыхавшийся Аладдин.
Пришли парни не с пустыми руками – помимо портвейна с вином, на столе стояла сковородка с жаренным салом, батон, несколько пачек доширака и упаковка бульонных кубиков «Галины Бланки» - видимо, в качестве презента.
Конечно же, Алексей не преминул сесть так, чтобы Марьяне осталось место только рядом с ним. Положил ей картошечки, шкварок, от запаха которых у неё потекли слюнки и желудок предвкушающе сжался.
Портвейн полился в кружки, и Ал тут же накрыл ладонью свой стакан:
- Я пас!
- Я тоже не буду, - поспешно вставила Марьяна, и парень одобрительно улыбнулся.
- Слабак? – полувопросил Граф, насмешливо глядя на них.
- Зачёт завтра и концерт, - дёрнул плечом парень, потом предупредительно убрал стакан Марьяны. – Она не будет тоже!
- Ну-ну… - Граф ухмыльнулся под укоряющим взглядом Ленки и включил свою адскую музыку – хорошо, не на полную катушку.
Видимо, под хрипы и вой блэк-метала ему лучше елось и пилось.
Алексей, пользуясь непосредственной близостью, не упускал момента коснуться то Марьяниного плеча, то руки, и хотя это не выходило за рамки приличия, её здорово напрягало. Когда же наконец Ал попытался её приобнять, она отодвинулась и спросила, просто, чтобы отвлечь:
- Кстати, я тебя вообще пьяным никогда не видела… Дело же не в зачёте?
- Угу… - Аладдинская улыбка стёрлась, он убрал руку. – Не люблю алкашку, а точнее ненавижу… Брат у меня от неё помер.
- Ох… прости…
- Да я ещё мелким был. Но всё равно... С родителями что творилось… тогда и решил, что никогда. Совсем.
Марьяна растерянно молчала – оказывается, весёлый неунывающий Аладдин носит в себе такую боль… Сочувствие захлестнуло её вместе с сытостью. И поэтому на его «Тебе не надоело эти вопли слушать? Давай в комнату отдыха?» - кивнув, поднялась и пошла за ним.