.
.Пока они спускались по лестнице, их встречали одобрительными возгласами – «блаженка» Людмила со своими проповедями успела достать всех, и народ отнёсся к «чёрной мессе» с пониманием и азартом. Среди падких на приколы студентов новость разлетелась мгновенно.
А на первом этаже они столкнулись с Людкой, которая, пряча глаза и покраснев, пробралась мимо них с Аладдином бочком, чуть не по стенке. Стоявшие рядом с вахтой в очереди к телефону захихикали, а Марьяне вдруг стало не по себе.
- Ты чего загрустила? – подмигнул ей Ал. – Спектакль удался, койко-место свободно!
- Она, конечно, дурында, но… - девушка вздохнула. – Жалко её, что ли…
- Не парься, её коменда рядом с собой поселила, дверь-в-дверь. Подружку себе нашла, наверное! – ухмыльнулся парень, распахивая перед Марьяной дверь в комнату отдыха.
Темноту помещения слегка рассеивал призрачный голубой свет телевизора, на первом ряду, состоявшем из пяти обшарпанных кресел, сидела, обнявшись, парочка, остальные три ряда были пустые. Аладдин нетерпеливо уселся на задний ряд и махнул рукой, приглашая девушку:
- Падай!
Марьяна нехотя села рядом. Стоило только остаться с Алом в темноте, наедине (парочка впереди не в счёт), как она буквально кожей почувствовала его совсем не дружеский, а очень даже мужской интерес. Нет, он не ловил её взгляда, не пытался заигрывать, как в первые дни знакомства, вёл себя спокойно, но… это чувствовалось.
Марьяна попыталась убедить себя, что она «загоняется», но уже на третьей минуте, с преувеличенным интересом глядя в телевизор, парень непринуждённо закинул руку на ободранную спинку кресла, невесомо приобняв её за плечи. Дёргаться на в общем-то невинный жест было почему-то стыдно, оставалось надеяться, что Ал не пойдёт дальше. Договаривались же…
Так они и сидели в темноте: напряжённо глядящий какой-то скучный боевик Ал – и не менее напряжённая Марьяна, каждую минуту ожидающая «вероломства» от парня.
«Быстрей бы Граф отрубился под свою адскую музыку, и можно будет вернуться в комнату!» - с тоской подумала девушка.
На телеэкране бепрерывно бегали и молотили друг друга какие-то каратисты, монотонный гнусавый голос переводчика был еле слышен, и незаметно под этот тихий шум Марьяна стала клевать носом.
В какой момент она отключилась, девушка даже не поняла. Ей снился Маэстро…
Внезапно её вытолкнуло из дрёмы – и Марьяна осознала, что её голова на плече у парня, а свободной рукой, точнее, костяшками пальцев, Алексей тихонечко, нежно-нежно, водит по её щеке, и лицо его слишком близко…
Она вскинулась, оттолкнув его руку, и вскочила на ноги, едва не упав.
- Ну ты чего… - Аладдин и не пытался её удерживать. – Подумаешь, заснула немножко… - совершенно довольная его улыбка была видна даже в полумраке.
- А ты и рад! – прошипела возмущённо девушка.
- Ну…Не буду врать! - подмигнул Ал. – У меня было целых… несколько счастливых минут! Ты так клёво улыбалась во сне…
Злясь – больше на себя, чем на парня, Марьяна вылетела из комнаты отдыха, чуть не столкнувшись с комендантшей, которая что-то зло забухтела ей в спину, взбежала по лестницам и толкнула дверь своей комнаты.
«Адский музон» уже был выключен, а возлюбленный Галанцевой вовсю храпел на освободившейся Людкиной кровати. Ленка, сгребая в кучу грязную посуду, виновато сморщила нос:
- Мась, сил нет этого бугая выталкивать… Пусть уже тут проспится… ага?
Перспектива слушать храп пьяного Графа всю ночь Марьяну не радовала. Но… Девушке не хватило решимости сказать «нет» лучшей подруге. В конце концов они вдвоём провернули такой «сеанс изгнания»!
Махнув рукой, Марьяна завернулась в одеяло, и вставила в уши наушники с голосом Маэстро...