Марьяна на миг мысленно перенеслась в музыкальную студию, она ярко, в подробностях увидела уютную комнатку, полную аппаратуры, огромные этажи колонок позади себя, синтезатор, микшерный пульт с креслом, и серебристый, внимательный взгляд своего Маэстро… Такой же, как сейчас.
Наваждение схлынуло.
Марьяна выпрямилась, автоматически вставая на певческую «опору», с готовностью придвинувшись ближе к микрофону. Вольский увидел перемену в её состоянии, и его взгляд смягчился, в нём блеснул азартный огонёк – и у девушки отлегло от сердца.
Как только она запела, музыкант немедленно вернулся за пульт и взял управление в свои руки. И, хотя его жест был обращён то к хору, то к оркестру, Марьяна как-то необъяснимо чувствовала: Маэстро сосредоточен именно на ней! – и пела с полной отдачей, превратившись в ликующую струну, звуча всем телом.
В коротком проигрыше Вольский вдруг сошёл с пульта и быстро подошёл к ней:
- Как ты? Хорошо себя слышишь? – отрывисто спросил он, наклоняясь вплотную.
Вокалистка благодарно кивнула: Маэстро беспокоится о её комфорте!
- Продолжай! – ободряюще кивнул он и внезапно улыбнулся – ласково и по-мальчишески проказливо… словно они были наедине!!
Восторг на вдохе захлестнул девушку – и в ту же секунду Вольский отошёл с прежним сосредоточенно-строгим видом, а Марьяна продолжила петь в состоянии абсолютного счастья!
До последнего припева Вольский то ходил у мониторов, то сбега́л в зал, слушал, потом что-то торопливо объяснял звукорежиссёру, то чуть ли не нырял в оркестровую яму, и вновь возвращался в середину зала.
И только на кульминацию песни, где сочетание оркестрового, хорового и вокального звучания благодаря триольной пульсации превращало песню в невероятный симфонический гимн, Маэстро снова встал за дирижёрский пульт и жестом вывел исполнителей на такую динамику, что ещё секунд пять после снятия все молчали, вслушиваясь в угасающее под сводами концертного зала эхо.
- Всем спасибо, перерыв десять минут! – спокойно произнёс Вольский и направился в звукоаппаратную, а Марьяна неотрывно смотрела ему вслед, и внутри вместе с сердцем дрожало только одно слово: «Гений… гений…»
Даже на суперкрутой студийной аппаратуре звучание профессиональной фонограммы было несравнимо с тем, что только что родилось вживую!
Вокалистке даже слегка не верилось, что это она только что пела.
Эмоциональный накал песни Саульского благодаря аранжировке Маэстро можно было сравнить разве что с ликующим финалом Девятой симфонии Бетховена – «Обнимитесь, миллионы…»
Сон, дивный сон! А что будет при полном зрительском зале?!
И вдруг её обступили «хоровые» мужчины. Сразу несколько. Закрыли собой зал и Маэстро…
- А вы молодец, девушка! – ободряюще проворковал один.
- Мал золотник, да дорог! – подмигнул второй, по-свойски ущипнув её за щёчку, и Марьяна смущённо дёрнулась, залившись краской и вызыв всеобщее веселье.
- А где вы учитесь? На каком отделении? На каком курсе? – посыпались вопросы.
Вокалистка растерянно скользила взглядом по лицам, отвечала, молясь, чтоб быстрее кончился перерыв, а он никак не кончался.
- Так, разошлись, ну-ка! – раздалось капризно-певуче над ухом. – Засмущали девчонку! Давайте-давайте, кони! Перекур!
Говоривший бесцеремонно распихал окруживших Марьяну хористов, и она обомлела… Увидев живую иллюстрацию картины Караваджо «Юноша с лютней».
Только этот был без лютни, в остальном – просто портретное сходство со знаменитой картиной! Густая копна курчавых волос, яркий румянец на плавной линии щёк, блестящие карие глаза и яркие губы. Если бы не одежда и не поставленный голос, Марьяна вообще бы подумала, что это – девушка!
«Лютнист» самодовольно ухмыльнулся и хмыкнул:
- Чё, Романова, не узнала, да?
- Э… нет, - выдавила девушка, пялясь на него во все глаза: уж такого красавчика она бы запомнила.
- Конкурс юных вокалистов «Огни Севера» четыре года назад! – снисходительно напомнил юноша.
Точно, был такой конкурс в соседнем городе… Четыре года! – огромный срок, казалось, это было в прошлой жизни!
- Прости, не помню, - пробормотала Марьяна, чувствуя себя склеротичкой.
- Ну бли-ин! Даниил Борисов! Даня! Тенор!
Она только пожала плечами.
- А вот я вас с Наташкой запомнил! – оскорблённо поджал губы парень.
- И Наташку?! – Марьяна помимо воли расплылась в улыбке.
- Ну конечно, ещё бы вас не запомнить ваш дуэт, такие номера откалывали!
- Да какие?! – смешливо прищурилась девушка – Мы ещё маленькие были, скромные…