Шаркая тапками, Галанцева повернула ключ в замке и приоткрыла дверь, оставив маленькую щёлочку. Через пару секунд раздался её озадаченный голос:
- Романеция, вставай давай! По твою душу.
- Ну я ж просила…
- Это не Аладдин.
.
Адреналиновая атака была такой, что девушку чуть не подбросило в постели: Марьяне пришло в голову, что это Маэстро.
В бешено застучавшем сердце страх перемешался с восторгом: «неужели?!..»
Восторг – от предвкушения встречи! Страх – от внезапности, ведь это означала только одно: каким-то образом Влад узнал о квартирнике и пришёл дать люлей превентивно. Вокалистка хорошо помнила его «Ещё одно левое выступление – и пеняй на себя!»
Но это же не сцена, в конце концов, не официальное мероприятие…
- Марьян! – позвала всё тем же тоном Галанцева.
…Да не, не может быть.
Маэстро сейчас в родном городе, отмечает 23-е февраля – с московскими звёздами и банкетом… и танцами перед камерой со всякими… (Она поморщилась.)
Хотя… с его возможностями… точнее, с возможностями Северпрома, их личными самолётами – Вольский может оказаться тут в течение часа…
Образ Маэстро затмил всё и вся. Он здесь!!! Потому, что узнал о выступлении? Или соскучился? Ревнует? Любит? «К сердцу прижмёт или к чёрту пошлёт?!»
Да нет, не может быть, Влад – здесь!! Он же так тщательно, параноидально скрывает их связь!! Или его выдержке тоже настал конец?!
Ноги уже несли её к двери. Боже мой, а она в таком виде, даже не причёсана…
.
- Наконец-то! – процедила Гелла, отходя от крашеной синей стенки.
- Ты-ы? – вырвалось у Марьяны удивлённо и разочарованно.
- А кого ждала? – дёрнулись в усмешке края ярко-фиолетовых губ.
- Никого… я просто… - Марьяна смутилась. – Ну, посторонних же выгоняют после одиннадцати… А ты как-то…
- Пойдём-ка побазарим! – оборвала девушку Гелла и, ухватившись за рукав её фланелевого халата, бесцеремонно потянула за собой.
В общаге она уже ориентировалась, как рыба в воде…
Девушки спустились на третий этаж и свернули в левое крыло. Марьяна смекнула – Гелла ведёт её в «переговорную»: за умывальней среднего этажа был закуток вроде подсобки, где хранилась всякая рухлядь: лысые веники, старые швабры, затёртые половики и прожжёные матрасы. Висела на честном слове щелястая дверь. Но главное – на стенках не было кафеля, поэтому можно было не опасаться, что голос разнесётся по всему помещению.
- Хватит, Гел… - дёрнула рукой Марьяна, вырвав рукав из её пальцев. – Я уж поняла, что ты приватно по…базарить хочешь. Только недолго, холодно тут…
Не отвечая, Гелла включила свет и зашла в «переговорную» - по стенкам тут же врассыпную бросились тараканы. Марьяну передёрнуло.
- Чё встала, Ромашка? Не боись!
Сжавшись от омерзения, девушка осторожно шагнула через порог.
Под тапочками что-то хрустело, подошвы прилипали к полу. На втором шаге под ногой треснул использованный шприц…
Гелла пропустила её в тесное помещение и, протиснувшись, со скрежетом затянула за собой дверь. Повернулась к Марьяне:
- Ну и какого хера ты снова пришла сегодня?
Девушка растерянно посмотрела на певицу:
- Ал позвал…
- «Ал позвал!» - слащаво передразнила её певица и замолчала, облокотившись на дверь.
- Слушай, что ты хочешь? – свела брови Марьяна.
Гелла оглядела Марьяну с головы до ног и насмешливо щёлкнула бабл-гамом:
- Скажи прямо, Ромашка… Нах.я ты парня изводишь?
- Да кто его изводит?! – сузила глаза девушка.
- Ну не я же. Ещё скажи, что ты реально «просто попеть» пришла!
- Именно так!!
- Да-да, я верю… – Гелла раскурила сигарету и выпустила дым вверх. – А обжиматься зачем осталась?
- Да какое твоё дело-то? – нахмурилась Марьяна.
- Слышь… Пожалей пацана, - спокойно, без всякой агрессии, посоветовала Гелла. – Его реально торкнуло, а ты дразнишь. Дай уже отлуп ему, чтоб дошло.
- Можно, мы сами разберёмся?! – вспыхнула девушка.
- Не-а, нельзя. – фиолетово улыбнулась певица сквозь дымные клубы. – Ты должна кое-что знать. Мальцев про тебя мозги всем вытрахал. Втюрился – капец. Девки за ним бегают, злятся: был Казанова, стал монах. Парни под бухлом рассказали: даже во сне про тебя разговаривает. А на днях у него блокнот нашли… типа стихи. И темы такие… предсмертные. Про самоубийство. Делай выводы, девочка.
- Но послушай… - начала возмущённо Марьяна.
- Заткнись, это ещё не всё… - с отсутствующим лицом Гелла пускала вверх колечки из дыма. – Баба его, с которой он до тебя мутил… Алка Годецкая… Она тоже больная на всю голову, её на Лёшке зациклило, причём давно…Там, бля, итальянские страсти были… И тут – ты. – она ухмыльнулась. – Ох, смотри, Ромашка. Она запросто тебе какую-нибудь херню может сделать. И не только тебе! Лёшку ты тоже подставляешь.