- Я стараюсь! Правда-правда! – пролепетала она.
Влад нервно мотнул головой:
- …Как будто я не знаю, что такое общага! Шум, пьянь, магнитофоны, инструменты… Где в три часа ночи люди только идут жарить картошку! Не говоря уже о других… - и внезапно смолк, словно поперхнувшись словом, сосредоточившись на дороге.
- О других – в смысле? – помолчав, осторожно спросила девушка. – Людях?.. Условиях?.. Обстоятельствах?..
Вместо ответа Вольский набрал скорость. Они неслись по «Коммуне» – главному проспекту, который был, в отличие от дворов, ярко освещён, и лучи фонарей то и дело освещали салон рыжими вспышками.
- …Соблазнах, - наконец ответил мужчина, по-прежнему не отрывая взгляда от дороги.
- Если ты про концерт, то я уже говорила… Мне нужны были деньги… - виновато опустила глаза Марьяна.
- И это мой косяк… – тяжело обронил Влад.
- Да нет же! Ты вовсе не обязан!.. - начала Марьяна, но Влад плавным жестом собрал пальцы в щепоть, и она смолкла, автоматически повиновавшись дирижёрскому жесту.
И только секундой спустя осознала, что произошло.
Продолжая вести машину одной рукой, Вольский нашарил её ладошку и сжал тёплыми пальцами:
- А ты думала, что любовь – это только охи-вздохи под луной? Нет, моя девочка. Любовь прежде всего – ответственность за того, кого любишь! От-вет-ствен-ность! – наставительно поднял он палец. – Больше, чем за себя. За каждый поступок, за каждое действие…
…О, мой Маэстро!!
- …Пойми, пожалуйста, я… - Влад задумчиво покусывал губы, словно подбирая слова. – Я привык иметь дело со взрослыми женщинами. И косячу, потому что забываю, что какие-то мелочи для тебя – пока совсем не мелочи… А очень большие проблемы. Не понял, не проговорил, не донёс, как должно быть!
- Влад… - у неё перехватило горло; от его покаянных откровений Марьяна расчувствовалась до слёз.
- Но я тоже стараюсь! – повернул к ней лицо Влад, и в мелькнувшем свете девушка увидела, что её любимый Маэстро улыбается.
Машина плавно остановилась, и сердце Марьяны забилось – радостно и испуганно одновременно. Перед ними сияли золотые огни «Авалона».
Уже сейчас!! Сейчас они поднимутся в номер, и...
Повернувшись, Вольский протянул руку и ласково прикоснулся к щеке девушки, улыбнулся, чувствуя, как она прильнула к его ладони. Потом нежно большим пальцем провёл по влажным от счастливых слезинок ресницам:
- Не смей плакать, моя девочка. Это плохо влияет на связки.
.
.
Марьяне казалось, что заполошный стук её сердца разносится по всему длиннющему коридору «Авалона», до самого конца! Шагая по знакомому бежевому ковролину, чувствуя, как от волнения горит лицо, она то и дело посматривала на своего Маэстро, который невозмутимо нёс её сумку.
Господи, как себя с ним вести?! Кто он сейчас для неё? Любимый мужчина или наставник? Она до одури соскучилась по его прикосновениям, объятиям, но Влад вёл себя хоть и ласково, но сдержанно. Не обнял её в машине, как обычно, не набросился с поцелуями в лифте, хоть и в каждом его взгляде очень явственно читалось, как он соскучился. И тот единственный поцелуй в студии тоже был… сумасшедший!
Вот она, уже ставшая родной, тёмная лакированная дверь! В священный полулюкс Марьяна шагнула с острым чувством возвращения домой. Мягкий, золотистый свет бра, бежевые и нежно-кофейные тона, едва уловимый запах Его парфюма…
Влад поставил её сумку с вещами на пол в прихожей и снова взялся за ручку двери:
- Я ненадолго, котёнок, а ты пока разложи и развесь свои вещи! – и, торопливо поцеловав девушку в висок, вышел.
Марьяна привалилась спиной к двери и закрыла глаза.
Это очень хорошо, что Влад ушёл.
Не дыша, девушка торжественно шагнула в комнату – и остановилась, впитывая тишину, обводя взглядом пространство, чувствуя, как её сердце быстро-быстро трепещет, словно колибри над цветком.
Наверное, ни один храм не вызовет у неё такого потрясения, восторга, благоговения и нежности одновременно! Её божество, её кумир… Она – в Его обители! – именно так чувствовала девушка этот миг. Редчайший, фантастический шанс испытать то, о чём другие только читают в книгах и стихах… выпал именно ей!!
И чувство правильности этого непреложно звучало в юной душе: разве могло быть иначе? Она предназначена для этого человека, создана для него всеми своими качествами!
Неудержимое переживание Женственности заполнило всю её – инстинктивное, извечное, как сама жизнь – желание озарить жизнь любимого мужчины, предугадывать его желания, заботиться, радовать, вынести все испытания, посланные судьбой, и принести к его ногам всё самое светлое, первозданное, сокровенное, сердце, душу, себя самоё!.. Стать его ангелом-хранителем на земном пути, который им предстоит пройти рука об руку… Ведь они теперь вместе.