Одевшись, девушка сдала ключ от кабинета и поспешно шагнула в зимний, синий вечер, чувствуя пронзительную радость – и от морозного воздуха, ярких, колких звёзд в чистой космической выси над головой, от переливающегося снега под фонарями и верениц красно-жёлтых фар натужно ползущих по дорогам машин.
В дребезжащем, переполненном автобусе ей удалось протиснуться на заднюю площадку и приткнуться в углу, держась за верхний поручень. Но ни давка, ни обозлённые матерящиеся пассажиры, ни даже пьяный мужик, толкавший всех и выкрикивающий что-то невразумительное на своём алкоголическом диалекте, - ничто не могло испортить её хорошее настроение.
Воспоминание о поцелуе Алекса в щёку уже не вызывало теперь испуганной оторопи, думать об этом было приятно и… лестно. Она встречается с мальчиком! Да ещё с каким… Обаятельный красавчик, предмет обожания студенток училища! Ради неё он расстался с такой красоткой, что и подумать страшно! Что теперь будет? Он так на неё смотрит… И ещё – ведь он действительно очень похож нравом (и слегка – внешностью) на Аладдина…
Всё это льстило и будоражило неискушённую в сердечных делах Марьяну.
Она так задумалась, что едва не пропустила свою остановку! Выпрыгнула в последний момент, выдёргивая сумку с нотами, сжатую чьими-то спинами, и, увязая в снежной каше на остановке, потопала к общежитию. Как же неудобно было месить снег в узкой длинной юбке, в шубе! Пару раз она чуть не упала: под снежным слоем кое-где были ледяные кочки…
Когда Марьяна добралась до своей комнаты, было без десяти восемь вечера и больше всего ей хотелось упасть на постель и блаженно растянуться на ней, закрыв глаза: всё же усталость давала о себе знать.
Но Марьяна собрала волю и переоделась, стянув с себя «имидж примерной заучки» и влезла в любимые индийские синие джинсы, а вместо футболки надела тоненькую чёрную рубашку с трогательными белыми точечками и зауженными рукавами. Расчесалась, распушив, свои объёмные локоны, мазнула по шее духами…
Зашедшая со сковородой жареной картошки Галанцева одобрительно цокнула языком:
- Романеция, ты вэри-вэри секси! Алекса ждёшь?
- Он меня на репетицию своей группы позвал…
- Дааа? – прищурилась Ленка и грохнула сковородку на стол. – А ну садись, жри.
- Да я не хочу…
- А тебя не спрашивают! – хохотнула подруга. – Потом мне спасибо скажешь… Давай-давай, хоть три ложки картошки! Ты ж не была на подобных тусах? Тада слушай тётю Лену, она плохого не посоветует!
Галанцева буквально заставила её сесть за стол и вручила в руки ложку.
По правде сказать, Марьяну долго уговаривать не пришлось – мороженое с американской конфетой не особо насытило её, скорее – перебило голод, вспыхнувший с новой силой при виде полной сковороды горячей, шкворчащей, масляно блестящей картофельной соломки.
Она с наслаждением зацепила четвёртую ложку, когда Ленка уселась напротив неё с улыбкой и стала намазывать «Рамой» кусочек хлеба:
- Короче… ты там сильно не бухай, поняла?
- Чего?! – Марьяна даже перестала жевать.
- Не напивайся, говорю! – терпеливо разъяснила Ленка.
- Лен! – возмущённо сверкнула глазами Марьяна. – Я вообще не употребляю алкоголь! Ты же знаешь мои принципы!
- Ага! И ещё я знаю, куда ты идёшь…– она протянула ей бутерброд с маслом. –Кусай. Ешь, говорю! И не спорь!
В это время в дверь раздался весёлый синкопированный стук: «раз, раз-два, раз-два-три». Марьяна просияла – она мгновенно узнала этот «пароль»: ритмически звучала первая строка той самой, волшебной песни: «Вот сияющий мир…» - и затеплела сердцем.
Девушка вскочила, взволнованно глянув на себя в зеркало и смахнула крошки с губ. Галанцева вздохнула, покачав головой, и лениво крикнула:
- Мальцев, заходи!
- Всем добрый вечер! – отвесил он шутливый поклон, а потом удивлённо воззрился на Марьяну. Она в ответ, хлопая глазами, так же удивлённо рассматривала его, потом оба рассмеялись: не сговариваясь, они умудрились одинаково одеться. Алексей тоже надел джинсы; а сверху его упругие мускулы и торс обтягивала чёрная футболка…
- Ну вы прям двое из ларца! – прокомментировала иронично Галанцева, наливая себе кипятка в чашку. – Сладкая парочка… А ну, стоять оба!
Они обернулись
Она посмотрела на юношу долгим взглядом:
- Лёшка! Ты смотри, не спаивай мне ребёнка…
- Понял! – отозвался он тоном примерного школьника, глядя на неё самым честным взглядом.