Из прибрежной тьмы гитлеровский состав проводили десятки настороженных глаз. Наконец перестук колес смолк, и над холодной Десной в тишине опять мерно зацокали кованые подошвы охраны.
— Пора! — раздалась приглушенная команда под насыпью. Призрачные тени скользнули к мосту, слились с ажурными конструкциями и, словно привидения, пропали во мгле.
Одна из ударных групп быстро сняла часовых, охраняющих мост, а вторая группа окружила казарму гарнизона и открыла по ней огонь. Фашисты выбегали на улицу, но тут же падали сраженные. Сто сорок немецких солдат и офицеров отвоевались.
Считанные минуты истекали. Темные фигуры людей одна за другой скатывались с насыпи и исчезали в ночи. На мосту остались заложенные восемьсот килограммов взрывчатки.
— Огонь! — подал еще одну команду все тот же приглушенный голос.
Яркая вспышка на мгновение осветила берега Десны. Вслед за ней раздался оглушительный взрыв. Черные арки моста будто встали на дыбы, и все потонуло в грохоте и дыму. Трехсотметрового моста как и не существовало.
Гитлеровское командование было взбешено, узнав об очередной диверсии орловских партизан. Недобитый генерал Герман Теске в своих мемуарах вспоминает об этом дерзком налете на стратегической важности мост и удивляется, как могло случиться, что этот усиленно охраняемый объект в самом центре расположения немецких войск оказался взорванным партизанами в ночь на 8 марта 1943 года.
Военные стратеги фашистской армии этому мосту придавали особо важное значение. Через него проходила железнодорожная магистраль Брянск — Гомель, по которой непрерывным потоком шли поезда с вооружением и живой силой для войск группы «Центр». Линия давала возможность маневрировать войсками и вести подготовку новых операций. Понятно, что мост немцы берегли как зеницу ока.
Советское командование и руководители партизанского движения, естественно, тоже очень интересовались мостом. Наконец было принято решение о его уничтожении. В район реки Десны скрытно перебросили более полутора тысяч партизан. Возглавил операцию Герой Советского Союза Михаил Павлович Ромашин.
Операция была всесторонне продумана и тщательно подготовлена. Самые ответственные и сложные моменты диверсии были отрепетированы в условиях, близких к боевой обстановке. Группа подрывников была подобрана из тех, кто прошел специальный курс обучения в той же самой «школе пожарников». Вся операция по взрыву моста и уничтожению охранного гарнизона заняла полчаса.
Нетрудно себе представить, чего стоил этот взрыв гитлеровцам. Крупнейшая армейская группа «Центр» на месяц осталась без важнейшей транспортной коммуникации.
Боевые действия партизан, подпольщиков и разведчиков в тылу врага на территории Орловской области с каждым днем наносили ощутимый урон фашистам, парализовали переброску войск и вооружения к фронту, сковывали инициативу оккупационных властей в установлении «нового порядка» на захваченной земле. Силы народных мстителей росли, их сопротивление врагу стало настолько значительным, что гитлеровское командование начало всерьез считаться с партизанской армией.
Борьба в партизанском крае принимала невиданный размах. Партизаны контролировали огромные территории, восстанавливали советские органы, держали в страхе полицию и отвлекали на себя значительные силы противника. Малая земля сражалась, Малая земля была частью великой Родины, она жестоко отплачивала врагу за принесенные ей бедствия.
Гитлеровское командование даже в самые ответственные моменты боевых действий вынуждено было снимать с фронта дивизии и бросать их против партизан. В феврале 1942 года, в период наступления Брянского и Западного фронтов, командующий немецкими армиями группы «Центр» бросил четыре дивизии на подавление орловско-брянских партизанских отрядов. Маловато! Через некоторое время Клюге запросил у Гитлера еще три дивизии. Крепкий орешек попался!
Ни танки, ни авиация, ни карательные экспедиции врага не могли заглушить силу народного гнева. Сожженные села мстили, развалины стреляли, смерть поджидала убийц за каждым углом.
На арену борьбы вышли подпольщики. В начале ноября 1941 года в самом центре Орла грохнул колоссальной мощности взрыв. В окнах ближних домов выбило стекла, зарево пожара осветило ночной город. От крупнейшего ресторана и гостиницы «Коммуналь» остались одни развалины. Под ними нашли могилу полтораста немецких офицеров. Пирушка кончилась панихидой!
— Перевернуть весь город! — металось взбешенное гестапо. — Найти передатчик, уничтожать большевистское подполье!