Иосиф весьма обрадовался, когда Потифер сказал, что она дева и что она еще не видела мужчину. Он подумал в мыслях своих, сказав сам себе: "Если она - дева, то должна ненавидеть всякого мужчину и (потому) не будет утруждать мне".
И говорит Иосиф Потиферу и всем родственникам его: "Дочь твоя - дева и мне сестра. Пусть она придет - и так как она мне сестра, то отныне я готов любить ее как сестру свою".
Мать ее взошла в горницу и привела Асенефу, и поставила ее перед Иосифом. И говорит Потифер Асенефе: "Дочь моя! Приветствуй брата твоего; ибо он подобно тебе целомудр по сей день и ненавидит всякую женщину, как и ты всякого чужого мужчину".
И Асенефа сказала Иосифу: "Радуйся, господин, благословенный Всевышнего бога!" И говорит Иосиф Асенефе: "Да благословит тебя Господь, дающий жизнь всему!" И говорит Потифер своей дочери: "Подойди и поцелуй своего брата".
И когда подошла Асенефа поцеловать Иосифа, Иосиф протянул свою руку и, положив ее на грудь ее, сказал: "Не подобает поклоннику Божию, который благословляет Бога, который вкушает хлеб благословенный и животворящий, который пьет благословенную чашу бессмертия, помазуется помазанием нетленным, - целовать жену иноплеменную, благословляющую своими устами мертвых и немых идолов, вкушающую с жертвенника их удавленнику, и пиющую с жертвенников их из чаши вино обмана, и помазующуюся помазанием погибельным. Но поклоннику Божию надлежит целовать своих благочестивых, возлюбленных мать и сестру, и всех из своего племени и народа, и жену, делящую с ним ложе и устами своими исповедующую Бога живого; ровно как не подобает целовать чужого мужчину, ибо это - скверна перед Господом Богом".
Асенефа, услыхав слова Иосифа, сильно опечалилась; она начала вздыхать и рыдать, и, устремив наполненные слезами глаза на Иосифа, она смотрела на него боязливо, кротко и с сожалением. При виде этого Иосиф сжалился над нею. И он, подняв правую руку и положив ее Асенефе на голову, сказал: "Господи! Боже отца моего Израиля, сильный и Вышний Боже Иакова! Ты, Который из мрака вызвал все существующее к свету! Ты, Который вывел из заблуждения к истине, из смерти к жизни, Господи, благослови эту деву, и обнови ее Духом Твоим, и, воссоздав ее невидимой Твоей рукой, сообщи ей новую жизнь. И да вкушает она хлеб жизни, и да пьет она от живой чаши: приобщи ее к народу Твоему, избранному тобою прежде мироздания, и да внидет она в покой Твой, уготованный Тобою Твоим возлюбленным, и да живет она жизнью вечною!"
И Асенефа почувствовала великую радость при благословении Иосифа, возвратилась в уединенную свою горницу, бросилась на свое ложе со вздыханиями. Слова Иосифа, обращенные к ней, с именем Всевышнего Бога, произвели в ней и радость, и печаль, и страх, и трепет, и сильный пот, и залилась она горькими слезами: раскаяние взяло ее сердце при мысли о своих богах, которым она служила; и она возненавидела всех своих идолов. Так она пробыла до наступления вечера.
И Иосиф по окончании трапезы приказал своим отрокам запрячь коней в колесницу, - проедусь, говорит он, по этой стране. И сказал Потифер Иосифу: "Отдохни здесь, господин, этот день, - завтра поедешь по пути твоему". И возразил Иосиф: "Нет, поеду сегодня же, ибо в сей день Бог начал творить Свои создания. В седьмой день, когда снова наступит этот день, возвращусь и я к вам и отдохну у вас". И Иосиф пустился в путь, а Потифер со всем своим семейством отправился в свое наследие. И дома осталась одна Асенефа с семью девицами: тосковала она и плакала до заката солнца - не ела хлеба, не пила воды. Когда наступила ночь, все бывшие в доме заснули, не спала одна только Асенефа, которая, вспоминая Иосифа, плакала и сильно била себя в перси; великий страх напал на нее и начала сильно дрожать.
И когда всюду водворилась тишина, Асенефа спустилась с ложа своего, из горницы сошла тихонько по лестнице, пришла к мельнице, где нашла мельника спящим вместе со своими сыновьями, поспешно сняла с дверей шерстяную занавеску, насыпала в нее пепел из печи, понесла в горницу, положила на пол и заперла дверь запором. И она громко начала рыдать и плакать. Кормилица и сверстницы ее, которых она любила больше всех дев, подошла к дверям Асенефы и нашла их запертыми. До них доходили плач и рыдания, и они спросили: "Что с тобою, госпожа наша Асенефа? Чем ты огорчена? Отопри, чтоб мы могли узнать, что с тобой приключилось". И Асенефа, не отпирая дверей, отвечала им изнутри, говоря: "Голова моя отяжелела и не нахожу покоя в ложе своем, - нет мочи, ослабели все члены мои, ни встать не могу, ни отпереть; разойдитесь по своим комнатам, успокойтесь и дайте мне также успокоиться и отдохнуть немного". И девицы по слову ее разошлись по своим покоям.