— Никак. Я не праздную, ты же знаешь.
— Ты делаешь мне больно, Майя.
Мама всегда плакала в мой день рождения, ведь этот день напоминал ей о моём биологическом отце. Это был бурный служебный роман. Он работал в театре режиссером. Мама и отец были вместе довольно долго, и в один прекрасный момент она забеременела. Никто этого не планировал, и даже не сразу заметили, пока вес не пошел в гору. Аменорея у балерин — частое явление. А мой «чудесный» отец, которого она так любила, сбежал прямо в день родов, хотя обещал ей и Луну, и звезды, с её слов.
И каждый год я видела пьяную вусмерть мать, рассказывающую о том, как она любила моего отца и каким дерьмом он в итоге оказался. И как я на него похожа. А на утро она заставляла меня делать плие, пока у меня не начинало сводить ноги. Ведь раз из-за меня она лишилась карьеры балерины, то я должна была исполнить её мечту.
Я ненавидела её. Любила и ненавидела.
И ушла от неё в свой восемнадцатый день рождения. Бросила, как отец. Мне нечего было отмечать. В глубине души я чувствовала себя виноватой перед ней, но я больше не могла с ней жить.
— Я понимаю, что тебе грустно из-за матери, но ведь никто не умер. Теперь у тебя есть я, другие твои друзья и, прости Господи, мистер-совершенство!
Да, никто не умер, но это именно так и ощущалось. Этот день был для меня трауром по прошлой жизни.
— И всё же… Я не хочу праздновать. Денис приготовил какой-то сюрприз, поэтому я не буду ничего планировать.
— Подарки хоть примешь?
— От подарков не откажусь, — я легко улыбнулась Насте. — Только не дари мне снова вибратор. Я его выкину, как и предыдущий.
У Насти округлились глаза.
— В смысле выкину?! Ты хоть знаешь, сколько он стоил?!
Я пожала плечами. Подарки Насти всегда отличались оригинальностью.
— И ты что? Даже ни разу им не воспользовалась?! — до неё словно не сразу доходил смысл сказанного мной.
— Нет. Конечно, нет. Это же… почти как измена.
— Какая к черту измена, Майя! Ты для меня сейчас такое открытие сделала!
— Почему? — я удивилась. Не понимала гнева Насти.
— Потому что у тебя как будто раздвоение личности. Со мной ты горячая, яркая, дерзкая, а стоит произнести кодовое слово ДЕНИС, и передо мной скучная, закомплексованная ханжа. У тебя будто переключатель где-то в голове стоит.
Я почесала затылок.
— Не замечала.
— Зато я замечала! Поэтому он мне и не нравится.
— Но он нравится мне.
— Ты просто сумасшедшая.
Настя спрыгнула с подоконника и начала ходить туда-сюда, активно жестикулируя. Её лицо покраснело от возмущений. Она была похожа на злую лису. Но всё равно очень миленькую.
Я подошла к подруге и обняла сзади, положив подбородок ей на плечо, чтобы остановить это хаотичное мельтешение перед глазами. Настя была чуть ниже меня ростом.
— Спасибо, что переживаешь за меня.
— Раньше я переживала только из-за того, что ты стала занудой, а теперь…
— Что теперь?
— Ничего. Забей, — Настя обхватила мои руки и заскулила. — Я люблю тебя, Майя.
— И я тебя люблю, моя рыжулька.
Мы стояли, обнимались. В зал потихоньку приходили ребята, и мы больше не могли продолжать наши откровенные разговоры. Настя, как и обещала Светлане, вернулась в зал. Со своим партнером. Я видела его всего несколько раз вживую. Парень вполне симпатичный, и в глазах его читалось почитание рыжей и солнечной богини. Он так смотрел на неё, как никто ни на кого не смотрел. Но она это упорно игнорировала. Паша же был слишком скромен. Ровно до момента, когда включалась музыка. Если бы я не знала, что между ними только дружба, решила бы что каждый танец они мысленно занимаются сексом. Возможно, для Паши так оно и было.
Мне нравилось смотреть на их пару. Как их тела касаются друг друга, как они притягиваются друг к другу и также быстро расходятся в разные стороны. Как напрягаются мышцы на руках Паши и как выгибает спину Настя. Хотела бы и я так чувствовать музыку и партнера. Но пока я только ощущала себя бревном. Мои движения всё еще были слишком балетными.
— Молодцы! Крамова, ну, красотка! — восклицала Светлана каждый раз.
Настя умело пользовалась своим талантом и красотой, а потому никогда не смущалась, принимая похвалу. Мне до похвалы было как до Китая раком.
— Буранова, тебе нужно специальное приглашение, чтобы ты начала танцевать?
— Простите.
Светлана подтолкнула меня, и я встала в пару с одним из парней, который также, как и я, занимался совсем недавно. Он плохо меня вёл, а потому я часто наступала ему на ноги. Со Стасом было намного приятнее. А еще приятнее танцевать было с Кириллом. Какие бы противоречивые чувства я не испытывала при этом.