«Так ты из этих…»
«Из каких таких этих?»
«Из самоубийц. Хотя это даже заводит.»
«У тебя странный вкус,» — написала я, желая быстрее закончить переписку, ибо у меня время на самокате тикало. — «Что хотел?»
Показалось, что грубовато, но Кирилла это не смутило.
«Увидимся?»
С одной стороны — я безумно хотела с ним встретиться, с другой — увидимся на тренировке уже завтра. Хотелось чуть-чуть отдалиться, иначе я совсем сойду с ума от него. Это ненормально так окунаться в омут с головой, поддаваться низменным желаниям и слепо отдаваться на волю судьбе. Я это уже прошла с Денисом. Повторения не хотелось. Я решила это пока прогуливалась, но еще не сформулировала как преподнести свое решение Кириллу.
«Завтра на тренировке увидимся,» — ответила ему коротко.
Он прислал в ответ картинку со Ждуном. Дистанция — это не хорошо и не плохо. Да, меня тянуло к нему, и я даже очень недвусмысленно реагировала на него. Можно сказать, я страдала от того, что не чувствую его рук на себе и что приходится так сухо общаться. Но я не отказывалась от своих слов — я знала его только как танцора, как мастера своего дела, а как человека еще предстояло узнать.
У меня было время обдумать его слова, сказанные в парке. «В своих мыслях я делаю тебе больно,» — шептал Кирилл мне на ухо. Что бы это могло значить? Я не была уверена. Может, оно мне на самом деле не надо. Но почему-то создалось ощущение, что это мне понравится.
Нужно было дать нам время. Если Кирилл так сильно хочет меня, то придется подождать. Сама поразилась тому, насколько самоуверенной стала от внимания всего одного мужчины. Излишне самоуверенной, а потому сама себя осадила. Тело вторило об одном и том же, разум иногда сопротивлялся и выдавал ошибку.
Я свое состояние могла назвать удовлетворительным. Единственное, я не могла не думать о Денисе. Меня в принципе напрягало, что я думаю сразу о двух мужчинах. Один вычеркнул меня из своей жизни так легко и просто, другой — ворвался и захватил. А можно как-нибудь попроще? Я ведь не эстафетная палочка.
Вечер я провела в компании мамы Насти, которая любезно меня покормила. Я не переставала нахваливать её борщ (да, мне пришлось съесть суп, но это было божественно!). Густой наваристый бульон с большим количеством говядины не шел ни в какое сравнение с перемолотой жижей из брокколи, которую мама называла супом.
— Ох, в Настю не засунешь и ложки борща! — сетовала тетя Оля. — Ей, видите ли, не нравится вареная капуста!
Мама Насти была такой же громкой, как и её дочь. Я также продолжала восхищаться её ухоженностью. Моя мама тоже всегда была с иголочки, но её красота была холодной и острой как бритва. Тетя Оля же представляла собой тех женщин, которые притягивали тысячи взглядов. И мужских, и женских. На неё хотелось смотреть, не отрываясь. Одним взглядом или словом она смягчала даже самые черствые сердца. Насте безумно повезло иметь такую маму. Я ей завидовала белой завистью.
Мой телефон зазвонил. Это был Кирилл. Тетя Оля сразу обратила на это внимание. Глаза её были такие же зоркие, как и у Насти — двое из ларца одинаковы с лица. Я развернула телефон экраном вниз, посчитав невежливым прерывать наш с ней разговор.
— Почему не берешь?
— Да потом перезвоню, — стушевалась я и убрала волосы за уши.
— Ой, да ладно тебе. Иди поговори. По глазам вижу, как тебе хочется ответить, но ты смущаешься меня оставить. Я все равно собираюсь уже спать, — тетя Оля посмотрела на настенные часы. — И где носит мою дочь в такое время?! Совсем уж распоясалась.
Я знала, что Настя со Стасом, но не мне было сдавать подругу. Крамовы разберутся как-нибудь сами между собой.
«Теперь игнорируешь меня?» — прислал Кирилл.
«Не ной,» — резко послала в ответ, встала из-за стола и попрощалась с тетей Олей.
— Спокойной ночи, те… — мама Насти предостерегающе посмотрела на меня. — Спокойной ночи, Оля.
Она довольно кивнула, собираясь мыть посуду. Я попыталась предложить помощь, но она шикнула на меня как на нашкодившего Гарфилда, а я подчинилась. Не любила мыть посуду — от моющего средства очень сохли руки. Можно использовать резиновые перчатки, да вот беда — у меня аллергия на такие материалы. К слову, презервативы входили в список того, чего мне стоило бы остерегаться. После латекса у меня так всё опухало и чесалось, что я потом неделю ходила в раскорячку. Сначала мы с Денисом использовали защиту из других материалов, а затем и вовсе я перешла на противозачаточные таблетки. Какой-то особой разницы между сексом в презервативе и без я не заметила. Но говорят, это больше про мужские ощущения.