Насти дома не оказалось, её мама кажется уже вернулась и отдыхала у себя в комнате. Во всяком случае я слышала как работает телевизор. Покидав в сумку всё необходимое, я побежала на работу.
«Отпахав» два пробных занятия и получив оплату, я довольная вышла из балетной студии и потянулась навстречу солнышку. Ах, блаженство, работать и получать за это заслуженную оплату. Хоть где-то в моей жизни пригодился балет.
Достала телефон, в котором оказалось несколько сообщений от Кирилла: пара мемов и один интересный вопрос.
«Знаешь, что ты ведьма?»
«Почему это?»
Я ожидала ответ в духе: потому что у тебя глаза ведьминские или что-то такое.
«Потому что у меня стоит каждый раз как думаю о тебе.»
Благо не ела — снова бы поперхнулась. А самое возмутительное, что эта фраза заканчивалась милым смайликом в виде сердечка. Как будто он не написал что-то максимально пошлое.
Я не придумала ничего умнее, кроме как скинуть ему песню Надежды Кадышевой — «А я вовсе не колдунья». И пусть думает что хочет.
«Ты хоть знаешь, насколько это грустная песня? Я почти прослезился.»
Я улыбалась, обмениваясь с Кириллом сообщениями. Стоило сбить его с пути, похожего больше сексуальные домогательства, и он снова превратился в милого и забавного собеседника.
Мы созвонились с Настей и договорились пообедать вместе. Она очень настаивала.
— Майя! — подруга кричала мне издалека, размахивая рукой, увешанной какими-то цыганскими браслетами.
Подойдя к ней, я отметила, что она выглядит очень счастливой.
— Ты вся светишься, что произошло?
— Я сегодня случайно попала на курс по обучению макияжу и мне так понравилось! Ты была права. Видимо, всё, что связано с волосами и лицом — это моё! — а затем она состроила грустную моську. — Но я так расстроилась, что не увиделась с тобой в твой день рождения, — но моська была лишь прикрытием, потому что глаза у неё были хитрые как у лисы. — Но ты же мне расскажешь, что я пропустила?
Я сдалась и поведала подруге о прогулке с Кириллом, о стычке с Денисом, и о том, о чем, наверное, не к столу бы рассказывать.
— Так он тоже получается… — Настя поиграла заискивающе бровями. — Язычник.
И подругу разорвало лошадиным смехом. Я провела ладонью по лицу, борясь с тем, чтобы не заткнуть ей рот тканевой салфеткой.
— Это всегда так?
— Как?
— Не знаю, как будто умираешь и воскресаешь тысячу раз подряд.
Настя посмотрела на меня с недоверием.
— А ну-ка поподробнее, подруга.
Я наклонилась к Насте и шепотом описала свои ощущения, старалась говорить подробно и не упускать детали. Настя вытерла рот и отпила воды из бокала.
— Майя. Мы вроде с тобой взрослые девочки. Но что-то мне подсказывает… — она одним взглядом попросила у меня разрешения быть более откровенной. Я покрутила рукой, подгоняя её мысли. Настя продолжила: — Ты знаешь, что такое оргазм?
Я прыснула и откинулась в кресле, заливаясь смехом.
— Что за вопрос. Конечно, знаю.
— Складывается у меня ощущение, что ни черта ты, моя маленькая пчёлка, не знаешь.
— Ну он же у всех разный, — засомневалась я. — Наверное…
— Если ты спрашиваешь у меня, почему твои ножки тряслись, сознание помутнело, и так далее, а потом тебя сморило в сон, то поздравляю тебя, Майя, это был оргазм. А всё, что было до, вероятно, не дотянуло. Очень грустно.
— Но ведь мы даже не занимались сексом, — прошептала, наклонившись к подруге поближе.
— Ты если бы вибратор не выкинула, то могла бы совершить великое открытие!
Я зажала Насте рот рукой, а она на меня фыркнула. Благо, в кафе было мало людей, но официант как-то косо на нас посмотрел.
— Ты слишком громкая.
— Я просто взбудоражена. Узнала, с кем приходится делить постель!
Официант шел в обратную сторону и теперь явно заинтересовался сильнее, даже на миг остановился. Меня прорвало на нервный смех.
— Смейся-смейся, Майя. Но Кириллу большущий лайк за то, что снял с тебя пленку. Денис, видимо, совсем не парился.
Я скривилась. Вспоминать бывшего не хотелось от слова совсем. Но мне захотелось хоть как-то выгородить его, всё же мы больше года пробыли вместе.
— Было не так уж и плохо.
— Не так уж и плохо — это не то, о чем расскажешь внукам.
— Не думаю, что буду обсуждать свой секс с внуками.
— А стоило бы! Слишком мало внимания уделяется этой теме. Вот прямо на уроках труда и можно рассказывать! А то юбки шьем, варенички готовим, мальчишки табуретки шлифуют. А потом тыкаемся-мыкаемся, а удовольствия не получаем.