-Почему? - это его голос. Хоть и хриплый, прерывающийся. Хоть и слов он говорил мало.
Но уже то, что я его слышала, рождало внутри необъяснимое чувство радости.
На его вопрос я решила ответить честно:
-Потому что я тебя люблю.
Вот так. И пусть он с этим делает, что хочет. Я такая странная - не могу быть с ним, ощущаю себя виноватой. Без него тоже не могу. Эта постоянная тоска по нему сделала мой мир серым, лишенным красок, а меня саму неживой.
-Саш! - то ли вздох, перемешанный с моим именем. То ли стон. Через многие километры от меня. Одно слово разгоняет мое сердце до предела, заставляя задыхаться.
-Я не хотел ничего перекладывать на тебя. И уж кто, кто, а ты точно ни в чем не виновата. Большинство людей даже не стали бы этим заморачиваться, перешагнув через всех остальных ради собственного удобства или выгоды. И ты не представляешь, сколько раз я говорил себе, что ты отреагируешь так, как сейчас - не способная простить, и не способная уйти. Только меня надолго не хватило... И все, в чем я убеждал себя, оказалось бессмысленно. Я так по тебе скучаю...
Последняя фраза заставила слезы побежать по моим щекам. Это то, что я чувствовала все это время. Как инвалид без руки, тянущийся поврежденной культей за стаканом.
-Я приеду... Слышишь меня? Давай поговорю с Полиной? Она должна все понять. Не может же она обвинять тебя...
Я отрицательно качаю головой, запоздало понимая, что он меня не видит.
-Она и не обвиняет... Я ей все рассказала. Она не прыгала до потолка от такого моего выбора, но и в крестовый поход идти не собирается.
-Я приеду? - снова Артем повторил этот вопрос, - Только скажи, что хочешь меня видеть... Что не прогонишь...
Прогоню? Я - его? Я от звука его голоса ощутила себя помешанной. А если увижу его, -то...
-Да... Артем... Да... Я очень хочу, чтобы ты приехал.
Глава 34
Артем
Отдав последние распоряжения, собрался заехать домой, чтобы собраться, но на выходе из кабинета меня остановил звонок на линию, не ответить по которой я не мог.
-Артем, ты куда собрался? - отец начал без приветствий.
-Ты следишь за мной? - огрызнулся я, - В Москву. У меня дела.
-Знаю я твои дела, - рыкнул отец.
Да что с ним? Я тоже начал заводиться. Мне, в конце концов, давно не пять лет.
-За пару дней ничего не стрясется, - отчеканил я.
-Конечно, не стрясется. Ты никуда не полетишь...
-Пап! - офигел он что ли там совсем?!
-Ты никуда не полетишь, - повторил он с нажимом, - Через четыре с половиной часа в аэропорту Сиднея сядет самолет. На борту Олеся и Есения. Ты их встретишь, отвезешь домой. И позаботишься, чтобы с ними все было в порядке. Даже если со мной что-то случится.
Внутри заплескалась тревога. Произошло что-то из ряда вон. Но меня эгоистично волновало лишь Сашка. Если я не приеду, она напридумывает себе много всего. Так, что потом не переубедишь.
Я не успел возразить.
-Артем, я знаю, о чем ты сейчас думаешь. С девочкой ты расстался. Во всяком случае все в этом уверены. Пусть так и будет. Если она действительно что-то для тебя значит, держись от нее подальше. Сейчас не время.
-Да ты по-человечески можешь объяснить, что творится?
--По телефону - нет. Тебе все расскажут.
И он отключился. Я ошалело уставился на трубку телефона, которую держал в руке. И начал лихорадочно обдумывать полученную информацию. Отец всегда был довольно жестким и бескомпромиссным дельцом. Ему переходили дорогу, он ее переходил. Иногда это влекло неприятности. Иногда - большие неприятности. Но я ни разу не припомню случая, чтобы он пытался меня изолировать. Но тогда был только я. А теперь у него есть еще Олеся и Есения. И то, что он их отослал сюда - это очень плохой знак.
Можно, конечно, поступить, как в пятнадцать - наплевать на все, что он говорил, сесть в самолет и улететь. Но втянуть Сашку во что-то опасное для ее жизни? Грудную клетку обдало холодом изнутри. Я не готов ею так рисковать. Пусть меня не будет рядом с нею. Но она пусть будет. Ведь в противном случае я просто не смогу. Не вывезу.
Просидев в кресле в своем кабинете несколько часов, я понял, что пришло время ехать в аэропорт.
Выехав с парковки, я заметил, что вместе со мной выехали две машины сопровождения, хотя я такого распоряжения не давал. Предчувствие катастрофы медленно расползалось по венам, подкрепляемое чувством беспомощности, которое я всегда ненавидел.
В аэропорту все эти чувства лишь усилились. Олеся с моей сестрой спускались по трапу не одни, а в сопровождении одетых в классические костюмы мужчин. Многих из которых я знал лично, так как они давно работали на отца и были им проверены от и до. Тем более, что за столько лет практически у каждого появились личные причины прикрывать спину своего босса. Даже ценой собственной жизни. Отец умел отслеживать нужное. И на тех, кто был предан ему, никогда не скупился.
Мне не понравилось наличие такого количества сопровождающих. Еще мне не понравилось наличие в их рядах начбеза. И поведение Олеси мне тоже пришлось не по душе. Напряженная, без тени улыбки на лице, с синяками под глазами, которые были не очень успешно замаскированы макияжем.
Лишь Еська восторженно озиралась по сторонам и, выдернув у матери руку, бросилась ко мне.
-Тема! - выпалила она, подергав меня за штанину, - Покатай меня на плечах. Мы к тебе в гости.
Я опустил голову вниз и опять же поразился тому, какие одинаковые у нас глаза. Разрез, цвет - все совпадало. Даже, наверное, ресницы одной длины. Девочка была прямой и непосредственной, ни в чем не знавшей отказа. Но в то же время не капризной. Она не боялась озвучивать свои желания открыто, но принимала без истерик, когда ей отказывали.
При ребенке вести серьезные разговоры не было возможности. Я подхватил Еську и усадил ее к себе на плечи. Она восторженно пискнула и ухватилась за меня.
-Привет, - поздоровалась со мной подошедшая мачеха.
-Привет, - Саркисян прошелся по мне внимательным взглядом.
-Поехали, - предложил я и направился в сторону, где остались машины.
Тимур Аркадьевич вместе с Есенией сели на заднее сиденье, Олеся - впереди, рядом со мной. Машин сопровождения прибавилось, прилетевшие люди грамотно разместились и наша процессия тронулась в сторону двухэтажного коттеджа, купленного отцом на мое имя.
Оставаться в неизвестности было трудно, поэтому я задал вопрос в завуалированной форме:
-Все так плохо, что вас сослали?
Олеся пожала плечом.
-Да, - коротко и бесцветно.
Помолчав несколько секунд, добавила:
-Я всегда подозревала, что вершина мира в любой момент может обернуться Марианской впадиной.
-Артем, давай подождем с разговором, - вмешался Саркисян.
Он, конечно, был прав. Я замолчал и включил музыку. Еська, прижавшись носом к окну, восторженно комментировала все, что видела, и задавала бесчисленное количество вопросов, чем немного разбавляла траурное настроение, царившее в машине.
Приехав в дом, я показал мачехе и сестре комнаты, где они могут разместиться. Олеся пошла приводить себя и дочку в порядок после длительного перелета.
Тимура Аркадьевича я нашел в саду. С точки зрения безопасности разговаривать здесь было надежней.
Оглядел его, с неудовольствием отметив, что он тоже выглядит не очень. Черты лица потяжелели, морщин прибавилось. Да и седины...