Пролог
Я сидела красная как рак, но никак не могла отвести взгляд от монитора. А что там творилось... Яркая, рыжая девушка с округлыми формами стояла на коленях перед красавцем-мужчиной. Формы девушки были оголены и выставлены на всеобщее обозрение. Налитые груди с торчащими вверх сосками притягивали взгляд. Мужчина с напускным равнодушием смотрел на эту нимфу. "Проси!" - приказал он холодным голосом. "Пожалуйста, Хозяин! Я сделаю все, что Вы скажите!" - прохныкала блондинка не отводя взгляд от красивого мужского достоинства, которое сейчас предстало во всей своей красе. Налитый кровью, с узорами синеватых вен, он находился прямо напротив губ прекрасной девы, которая разве что не облизывалась, глядя на это прекрасное зрелище.
- Жесть какая-то! - тихонько проговорила я.
- Да, ладно тебе, Ула! Это же так возбуждает! - с уверенностью проговорила моя подружка Нинка, - ты просто никогда не пробовала так! Я вот своему Масику на днях такое устроила...
Подруга продолжала щебетать, а я про себя посмеивалась. Не знаешь ты еще дорогая подружка, ЧТО я пробовала, и ЧТО меня возбуждает. Но чтоб так выпрашивать кусок мяса. Мне всегда нравился анекдот, автора которого, к сожалению, не знаю, ну тот... Наверняка знаете? Про мужчину и семьдесят грамм его колбаски... Нет, вообще я люблю, когда мужчина доминирует. Но не до такой же степени. Мне кажется, то, что сейчас твориться на экране, какой-то дешевой постановкой... Как вообще можно подчиняться мужику, который требует на коленях умолять... За свою не очень долгую, но очень бурную сексуальную жизнь, я поняла, что такие вот индивидуумы, которые заставляют упрашивать, валятся на коленях в повседневной жизни полное закомплексованное чмо. Они так в сексе и самоутверждаются, унижая слабый пол. Настоящий мужчина, уверенный в себе альфа-самец никогда не будет заставлять кого-то себя упрашивать, потому что он будет ЗНАТЬ что его хотят, у него даже мысли не возникнет, что может быть по-другому. Вот такому можно и подчиниться во всем, полностью доверится, зная, что в любых ситуациях он не причинит тебе вреда, да и защитит от всего на свете. Да. С таким можно все...
- ...так ты, согласна? - закончила свою тираду Нинка, а я как всегда все прослушала.
- Конечно, - не успела сориентироваться я.
- Отлично! Быстро одеваемся и едем, - не совсем сейчас трезвая подруга быстро обулась и накинула шубку. Меня она заставила сделать тоже самое. И, поигрывая ключиками от новенькой иномарки, эта бешенная вытащила меня из квартиры. По пути до машины я таки узнала, куда мы направляемся. В клуб. Снимать для меня мужика, которого "у меня давно не было". Ох, ты ж я влипла! Остановить пьяную подружку и не пустить ее за руль меня не получилось. Она наотрез отказалась ехать на такси. Мне доверить свою "ласточку", она тоже не захотела. Со вздохом, предчувствуя большие неприятности, я все же села в тачку. Музыка на полную катушку, шампанское из горла и скорость в сто двадцать километров в час. Что еще нужно, чтобы умереть? Только мост и автомобиль, едущий впереди с черепашьей скоростью, который Нинка попыталась обогнать, но слишком резко и быстро вывернула руль. Не справившись с управлением, она нас обеих отправила в холодную осеннюю реку.
И наступила темнота...
***
Она стояла передо мной на коленях и морщилась от ударов моей плетки. Но при этом томно выгибала спину и не забывала сексуально оттопыривать свою идеальную попку. Удары плети были не сильные. Они не рассекали кожу, лишь оставляли небольшие красные полосы. Но мадам передо мной и это явно не нравилось. Сколько еще будет в моей жизни таких шлюх, готовых терпеть, что угодно, лишь бы получить побольше денег и мое покровительство? Все начинается одинаково. Томные вздохи и охи, случайные касания, потом трепетные поцелую и заверения о том, что я любовь всей ее жизни и она на все согласна. Но их всех выдают глаза. Все они везде и всегда выражают лишь страх. Иногда к нему примешивается еще и отвращение. Конечно, ведь кроме денег и власти я имею еще очень "презентабельную" внешность. Через все мое лицо тянется огромный шрам, искажающий некогда красивые черты. Все мое тело покрыто рубцами. На моей спине нет живого места. Все это - последствия давнего плена. Я уже перестал обращать внимание на то, как пялятся на меня украдкой окружающие. Однако все еще не могу терпеть женское притворство. Меня доводят до исступления эти лживые животные, называющие себя женщинами. Они готовы на все, если ты предложишь хорошую цену. От этих мыслей я опять разъярился. Я больше не сдерживаюсь. И теперь девушка уже не пытается эротично стонать, изображая страсть. Она кричит, визжит от боли. Кожа от ударов начинает слетать легко, оголяя кровавое мясо. Получаю ли я от этого сексуальное удовольствие? Определенно нет. Но я получаю гораздо больше. Сатисфакция. Удовлетворение от того, что очередная тварь наказана и получила по заслугам. Умрет ли она сегодня? Не знаю. Вряд ли. Скорее всего, ее тело сможет вылечить целитель. Наверное, он даже сможет избавить ее от шрамов. Я же бью немагической плеткой, не так как меня в свое время... Будет ли она жить после этого? Очень сомневаюсь. Если телесные раны заживут легко, то ее разум и душа скорее всего никогда не излечатся. Но мне все равно, если честно. Я давно уже не испытываю никаких чувств. По-другому я бы сошел с ума, переживая вновь и вновь случившееся со мной. Да, меня сломали, и теперь я ломаю других. Нет, я этого не хочу. Но они сами меня доводят, сами лезут ко мне, заранее зная, чем это закончится. Каждый раз одно и то же. Они сами напрашиваются на жестокие игры, которые мне, по их мнению, нравятся. Сами приходят и отдаются мне как угодно, где угодно. Но у всех одинаковый взгляд... Наверное, я сошел с ума…