-Я уже все. – Довольно произнесла она, садясь рядом со мной на лавку. Похлебка оказалась на удивление вкусной, даже не смотря на ее неестественно бордовый цвет и белую кашицу, что в нее добавили.Ведьмочка своей щедрой рукой мне аж три ложки положила, правда и себе не меньше.
-Что ж поели, теперь можно и поговорить. – Произнесла старушка, как только наши плошки опустели. – Порфир помочь с проклятьем я тебе не в силах уж извиняй, а вот домой вернуть смогу.
-Откуда вы про проклятье знаете? – Насторожился я.
-Да не нервничай ты так! Ведьма я! Дык, я не как внучка чиста душой да лесная, а все злая да болотная. – От ее слов мне легче не стало, но я покосился на девушку. Та же клевала носом, то и дело, норовя уткнуться в стол. Аккуратно потянул ее не себя. Усадил на колени, а голову положил к себе н плечо. И чего только я так вожусь с ней.
-Хоть сказать-то можете, что за проклятье-то?
-Коль знала бы я, что за проклятье, так и снять бы могла. Его слишком уж сильная, слишком уж злая ведьма наложила. Чем ты обидел-то ведьму, что она так на тебя осерчала? Мы народ мирный, коль нас не трогаешь, да нашу территорию не грабишь.
-Оказался крови своей дать, да ночь священную в ее объятьях повести.
-Пф, значит еще и наглой эта особа оказалась. Ну, ничего. Месяцок-другой здесь поживешь, и отправлю тебя обратно.
-А силенок-то у вас хватит, что бы меня обратно вернуть? – Поинтересовался, смотря на сгорбленную старушку, что при первом взгляде показалась мне куда моложе, чем сейчас.
-Ты не смотри, что я стара, сил-то у меня еще навалом, но время мое на исходе. Просьба у меня к тебе только будет. – Произнесла она, а я не знал радоваться мне или печалиться. Возвращение домой это хорошо, но выполнять просьбу ведьмы… стоит ли оно того?
-Какая? – Насторожился я.
-Пригляди за моей внучкой немного, месяцок-другой, пока она своего суженного не найдет. – Прищурилась она, а мне хотелось сказать, что она собралась уйти со мной, что она теперь моя, но лай собаки, да чья-то ругань не дали мне этой возможности. Я уже хотел сгрузить девушку и выглянуть на улицу, но бабка мне не дала такой возможности.
-Пойдем со мной. – Шаркая ногами, она пошла вглубь дома, а я последовал за ней. – Вот как все обернулось, а я-то надеялась, что есть еще время. Как же так? Как же так? – Причитала старушка.
-Что происходит? – Решил поинтересоваться я, а она меня будто и не слышала.
-А я говорила ей, что охотник на ведьм худший вариант. Но кто меня бы послушал!? Вот и результат, сама сгинула, так еще и меня выдала. А он-то что? Ему без разницы! Дочь-не дочь, если ведьма. Тьфу, ты. – Бурча себе под нос, она зашла в маленькую комнату, заставленную какими-то баночками, да завешанная пучками трав.
-Что ж судьба моей внучки в твоих руках. – Пробормотала бабка, толкнув меня в середину символа, что был начерчен в комнате. Не знаю, откуда, но мое оружие и украшения-обереги-артефакты вновь оказались на мне. Комната подернулась дымкой, неприятный запах резанул обоняние, а бубнеж старушки становился мелодичным напевом.
Последнее, что я увидел это старуха, что рассыпается пеплом, да мужика, что несется на меня, крича что-то, но я не слышал ни одного звука, а потом меня поглотила тьма.
Вот вроде только что стоял в какой-то комнатушке и вот я уже в своем шатре. Можно было бы подумать, что все это сон. Моргнул раз, другой. Но нет, вот она моя ведьмочка спит у меня на руках.
Суженный значит? Ну, нет! «Она моя!» – Это решение далось мне легко, и я тут же, сгрузив свою ношу на шкуры, что застилали мое ложе, отправился к шаману. Один обряд и мы будем связаны навеки.
Я думал, что она начнет крушить все подряд или на худой конец проклянет меня, а моя ведьмочка расплакалась, когда, разбудив ее, рассказал о произошедшем. Не зная, что делать, я сграбастал ее в охапку и стал укачивать, поглаживая по голове.
-Бабушка мертвааа. – Завыла она раненым зверем. – Из-заааменяяямертвааа!
-Гали, Гали. – Укачивал я ее, прижимая к себе.
-Порфииир он и сюдааапридееет. Он тееебя тоже убьееет. – Всхлипывала она.
-Все будет хорошо маленькая, я тебя в обиду не дам. – Успокаивал свою ведьмочку.
После тех событий прошел не один десяток лет, но тот, кого она боялась так и не заявился. И не стоит ей знать, что я его зарубил, когда он все же рискнул напасть на нас.Правда со временем она все реже вспоминала о нем, хотя иногда грустила, вспоминая о старушке.