- Проклятой не место среди нас! – выкрикнул голос из толпы.
- Она навлечет беду! – еще один голос.
- Нужно избавиться от неё! – четвертый голос.
Подобные выкрики звучали отовсюду. Они ненормальные? Что еще за проклятия? Ведут себя, как толпа зомбированных сектантов. Мы в Средневековье? Еще не хватало, чтобы… Ой, нет. Не успела я об этом подумать, как в неё полетел первый камень. Он ударил девушку в руку, оставив некрасивую ссадину на плече. Следом полетел ещё один. Не все из них достигали своей цели, но несколько желающих покончить с проклятой были удивительно меткими.
Что же это? Зверство! Я понимала, что надо их как-то остановить, что-то предпринять, но всё это осталось лишь в моих мыслях. Меня будто парализовало. Если сейчас вмешаюсь, то и меня забьют камнями, расскажут матери и что будет дальше даже подумать страшно. Я не должна вмешиваться, это слишком опасно. Нет, должна. Но что я могу? Одна курсантка против толпы обученных Мыслителей? Может, стоит кого-нибудь позвать? Главу, маму, Наставника? Пока внутри меня шла эта борьба, девушка получила ещё несколько синяков и слишком меткий удар камнем по голове. Алая дорожка крови на бледной прозрачной коже. Девушка полулежала на мостовой, её руки, шея и ноги были изранены. Она не кричала, просто дрожала от страха и беззвучно плакала.
Внезапно всё замерло. Все камни, брошенные в неё, поднялись в воздух и с устрашающей скоростью полетели в толпу. Зеваки и каратели с камнями в руках отбежали на несколько метров, с трудом уворачиваясь от своих же снарядов.
- Что вы делаете, сумасшедшие?! – на площадь вбежал огромный, ростом под два метра, темноволосый парень лет двадцати пяти. Встреть я такого в московском метро, поспешила бы пересесть подальше, всё же лицо кавказской национальности со всеми вытекающими отсюда предрассудками. А когда к ним прибавляется еще и гора мышц – это пугает вдвойне. Он был зол, с его появлением атмосфера на площади накалилась еще больше. Несколько человек, которые кидали камни в девушку, не успели выставить блок и улетели на несколько метров, ударившись о стены стоящих рядом домов. Толпа в испуге расступилась. – Соня!
Девушка дернулась прочь, но он успел схватить её за руку и притянул к себе, заключив в крепкие объятия. Маленькая и хрупкая она утонула в них, перестала дрожать, но всё еще делала слабые попытки вырваться. Парень одной рукой медленно гладил её по волосам и что-то тихо шептал на ухо, успокаивая.
Несколько камней поднялись в воздух и устремились к паре, но упали на землю, не долетев всего несколько сантиметров. Едва прекратившийся дождь превратился в ливень. Над Старой деревней прокатился гром такой силы, что многие люди в толпе испуганно присели и посмотрели в небо. Ни дать, ни взять ожидали падения небесного свода на их грешные головы. Было бы неплохо.
- Хватит! - вместе с громом над площадью разнесся знакомый голос. Я крутила головой в поисках его владельца, но не могла найти, пока не догадалась посмотреть наверх. Ну, конечно. Кирилл стремительно спикировал вниз и приземлился на каменную мостовую, встав между разъяренной толпой и парой, для которой, казалось, все вокруг перестало существовать. Появился Наставник слабо сказать эффектно. Гром. Молния. Проливной дождь. Мокрые волосы взъерошены, глаза мечут молнии не хуже туч. Вода в фонтане замерла. На площади воцарилась напряженная тишина. Кирилл выпрямился в полный рост и раскрыл свои огромные белые крылья, чтобы ни один новый камень, брошенный в Соню и её спутника, не достиг цели.
- Следующий, кто бросит в неё камень, будет иметь дело со мной. Есть желающие? – не знаю как остальные, но я содрогнулась. Никогда ещё я не слышала в его голосе столько гнева и силы. Вот что значат эти темные глаза, вот что стоит за ними. Я внезапно осознала, что все те фокусы, которые он проделывал с нами на занятиях, для него лишь детские игры. Он даже не напрягался, разбивая наши защитные блоки, манипулируя нашими мыслями и чувствами. Я забыла как дышать, захлебываясь накатившей на меня волной силы. Кажется, большинство присутствующих страдали от того же диагноза.
- Есть, мистер командир неудачников! – я обернулась, чтобы посмотреть на самоубийцу, рискнувшего бросить вызов разъяренному Наставнику.