- Не совсем. Получается, я по какому-то невероятному стечению обстоятельств, ключ к тебе? Думаешь, если кто-то узнает, то попытается с моей помощью управлять тобой? Зачем? Ты и так здесь. Работаешь на них.
Этот разговор утомлял меня. Нервировал. Пугал, если угодно. Поймет ли она или решит пойти против системы? В любом случае, я не смогу сказать «нет». Буду бороться до последнего с её опрометчивыми желаниями, но мы придем к одному. Зачем только время трачу. Напоминаю сам себе беспомощно барахтающихся людей, терпящих крушение в океане при десятибалльном шторме. Еще немного и меня накроет девятым валом, пора закругляться.
- Я не хочу втягивать тебя в игру, из которой ты не сможешь выйти живой. Скажу одно. Моя независимость от Ассоциации сейчас очень важна. Команда может постоять за себя, каждый из них готов, если придется, пожертвовать жизнью, - она хотела что-то сказать, но я не дал ей этой возможности. Догадаться, какие слова готовы были вот-вот слететь с её обветренных губ, мне не составило труда. Лучше ответить на них и им подобные сразу. - Тебе я не дам права выбора. Они – моя семья, ты – смысл. Потерять семью больно, потерять смысл, значит, оставить от себя только оболочку. Бесцельную и пустую. Поэтому ты не выбираешь, ничего не решаешь. Ты сидишь здесь, учишься, бережешь себя и не встреваешь в неприятности! – рассказывая об этом, я разозлился. Но дар речи вернул. Если долго блокировать горло, оно будет очень сильно болеть – мне ли не знать.
Внутри меня все еще сидело досадное раздражение, ворчащее: «Почему именно она? Какой смысл выбирать в пару одну женщину, а неразрывно связывать с другой?». Злился я сейчас именно на Творца, заварившего всю эту кашу. Вот бы встретиться с ним лицом к лицу, потребовать объяснений у этого шизофреника.
- А если я не хочу? Раз такое случилось, почему мы не можем просто пойти, все рассказать и быть вместе?
Удивительная наивность честной девочки. Да, все можно решить. Можно честно рассказать и все будет хорошо. Увы, когда дело касается меня и Ассоциации такая мантра, как говорится, не катит.
Голова начала гудеть, то ли от выпитого, то ли от обилия информации в одночасье рухнувшей на неё. Как все это переварить? Почему все так сложно? На лице Кирилла написан ответ на мой вопрос – бесполезно. Правда никому не поможет.
- Увы. Есть еще одна деталь, - он продолжил добивать меня и мой перегруженный информацией разум, - отказ от брака с избранной Оракулом невестой невозможен. Если мы решим рискнуть всем и попытаемся убедить Ассоциацию в собственной верности, это сделает нас изгнанниками, Тенями. Ассоциация пойдет на всё, чтобы не допустить подобного. Я нужен им здесь. Нужен настолько, что они постараются избавиться от тебя. Жестоко. Быстро. Навсегда. Даже твоей оболочке не дадут выжить. Подумай над этим. Пока просто подумай. И прибавь к этому еще одну мысль - последнее время я делал все, что ты хотела. Не заметила? Ты попросила помощи, падая с обрыва, я, как ненормальный, примчался к тебе. Ты захотела, чтобы я помог преодолеть пропасть, и я это сделал. Вчера вечером, ты хотела, чтобы я поцеловал тебя и снова я послушался. Как хороший песик.
Он не смотрел на меня. Не знаю, что Кирилл искал взглядом в темноте. Спасение? Ответы? Занятно. Моё внезапное открытие оказалось настолько забавным, что я едва сдержала улыбку. Впервые за несколько месяцев я обратила внимание на его внешность. Вот так просто влюбиться в человека, не понимая, как он выглядит. С головой нырнув в его силу, в его голос и запах, поддаться притяжению, почувствовать губы и погибнуть от ревности, не обратив внимание на то, какой у него нос, есть ли кубики на прессе (а интересно, есть?), торчат ли у него уши или не очень?
Сквозь темноту многого было не рассмотреть, но некоторые черты лица ярко выделялись в лунном свете. Большие, чуть глубже, чем нужно для классической красоты, посаженные глаза. Широкие брови. Нос, на мой вкус, длинноват, но обросшие небрежно растрепанные волосы позволяют это немного скрыть, когда видишь профиль. Четко обрисованная линия тонких губ. Он внимательно посмотрел на меня, и я снова забыла о том, как он выглядит. Кто тут был марионеткой? Хорошим песиком? Я готова была выполнить любое желание. Прыгнуть с обрыва, если он прикажет. Пожалуйста.
- Но как такое возможно? Почему ты подчиняешься?
- Невозможно сказать точно. Эдгар считает, что мы стали заложниками материи. Да-да, той самой, из которой соткано всё вокруг, той, которой мы можем управлять в силу своих способностей. Но противостоять ей мы не можем. Нас будет тянуть друг другу, вопреки всему, как два противоположных полюса сверхсильного магнита.