- Да? А мне показалось интересным. Целители – избранники Творца, звучит круто! - я рассмеялась и нажала на красный крестик. Да, статья, действительно, отдавала бредом. Теория гласила, что только Целитель может стать Оракулом, так как все, кто владеет большим потенциалом человечности, являются избранниками Творца и могут трактовать его волю. Дурдом. Каждый мыслитель знает, что Оракулом всегда становится Глава и никто больше. Если послание Творца примет кто-либо другой, то небесное пламя спалит его до тла.
- Расскажешь, что случилось в доме Наставника? За что он тебя отругал? Сильно досталось? – Лера переживала. Я тоже. Вопрос на несколько секунд поставил меня в тупик. Какими бы подробностями её порадовать? Тем, что наш Наставник без пяти минут женат или тем, что у нас с ним светлые чувства, но Ассоциация оторвет нам головы, стоит об этом узнать? Ну уж нет, Леру и так лихорадит.
- Нет. Всё в порядке. Маша мне показала кое-что личное, он случайно увидел и решил уберечь меня от опрометчивых поступков. Ты же знаешь, наш Наставник иногда сначала делает, потом думает, – почти правда, ничего лишнего. Кирилл, я еще сделаю так, что ты будешь мной гордиться. Буду вести себя, как хорошая девочка с задатками плохой шпионки. – Думаю, Маше тоже вчера досталось.
- Странная эта Маша. Мне кажется, она неочень приятный человек, от неё словно веет строгостью. И она, - Лера перешла на возбужденный шепот, - похоже, влюблена в нашего Наставника. Ты бы видела, каким взглядом она провожала вас, и что случилось после. Эдгару пришлось выставить против неё блок, чтобы не дать пойти следом. Она звонила Наставнику целый вечер. Вообще, вы выглядели круто, когда уходили! Этакие влюбленные, сбегающие от всего мира.
- Лера, ты читаешь слишком много любовных романов, - рассмеяться было тяжело, но я справилась. Никто. Никогда. Не узнает.
- Кирилл, нам надо поговорить.
Мы встретились с отцом недалеко от дома. Сегодня я организовал себе выходной. Причин было много, главная - Эдгар посоветовал взять тайм-аут в общении с Ариной на несколько дней. Я согласился. Пусть еще немного обдумает все происходящее, уравновесит собственные чувства, а я пока разберусь со своими. Насколько это возможно, конечно. Сегодня курсанты начнут заниматься с персональными Наставниками, а я пока навещу маму – такая была установка. Но по дороге Ассоциация, в лице своего Главы, снова спутала мне все карты.
- Да, Глава. Слушаю, - держусь отчужденно. У Мыслителей не принято открытое обращение между родителями и повзрослевшими детьми. Больше в ходу официальный тон.
- Что произошло вчера? Что значит ваш побег с вечеринки?
Моралист. О да. Отец, да ты последний человек в мире, который имеет право читать мне нотации.
- Ничего такого, о чем тебе следует знать, - отвечаю в тон ему, - рабочие моменты.
Отец мне не верил. Я видел это по его слегка прищуренным глазам, приподнятому уголку губ и чуть изогнутой брови. В последнее время он выглядел неочень хорошо, кажется, постоянные совещания и делегации сильно утомляли. Что же ты задумал, Глава? Не хочешь поделиться с сыном полезной информацией?
- Допустим это так. В конце концов, я сам разрешил тебе использовать любые методы, - он отмахнулся от моей лжи, как от назойливой мухи. - Но я не об этом хотел поговорить. Близится ноябрь, сам понимаешь, что это значит. У твоих подзащитных будет три обострения. Я хочу, чтобы Арина попрактиковалась. Возьми её с собой на задания. Целитель тебе потребуется. К этому времени азы она уже освоит, не так ли?
Мой отец идиот или претворяется? Он понимает, что я обманываю его, не объяснив своего поведения, но отправляет меня вместе с ней на задание. Вдвоем. Один на один. Без посторонних, без надзора Ассоциации. Несколько дней. Это нормально? Неужели он обо всем догадался и это очередной коварный план бывалого политика? В любом случае, до ноября еще две недели. Время есть.
- Хорошо, я возьму её с собой. Теперь мне можно идти?
- Нет, и еще, - то, что он говорил, давалось ему с трудом. Словно отца кто-то заставлял. Не закончив фразу, он вытащил из кармана обожженный свиток. Я видел такие на столе в его кабинете. Это Оракул. Только он передает сообщения на такой бумаге. – Прочти это.
Впервые в жизни я держал в руках священный свиток. Вообще, им не положено попадать в руки к рядовым Мыслителям, покидать пределы зала Оракула и кабинета Главы. Но отец по какой-то причине нарушил все эти правила.