- Кирилл, мы начнем? – вернул меня в реальность Комаров. Я отвратительно задумчив. Взять себя в руки. Взять себя в руки и научить этого долговязого парня чему-нибудь полезному. Срочно!
- Да, пытаюсь решить с чего. Наставник я впервые, поэтому буду учить так, как когда-то учили меня. Начнем с самого важного – обязанностей Командира. Мы расположились за столом напротив друг друга. Мне хотелось, чтобы наши занятия больше напоминали дружеские посиделки, чем учебу. Так когда-то занимался со мной мой Учитель.
Этот слегка колючий выжидающий взгляд. Такое чувство, что его так и подмывает мне что-то сказать, но он почему-то сдерживается. Ничего, у нас еще много времени, пусть дозреет.
- Главная функция Командира – координация. Он получает задание, доводит его до сведения Команды и создает план вылазки, самостоятельно или вместе с остальными. Это зависит от обстановки. В рамках миссии Командир полностью контролирует действия каждого члена команды. Фактически, командир – сердце команды. Он гонит кровь по венам, обеспечивает работу всех органов. Если сердце функционирует правильно, организм живет и процветает. Традиционно, Командир отвечает за успех всей операции. В случае провала именно Командира вызывают на суд, где он обязан описать причину неудачи и любой ценой защитить членов своей команды. Таким образом, статус командира – это в первую очередь огромная ответственность за жизни Объектов и членов Команды. Есть вопросы?
Я разозлил его? Чем? Вокруг моего ученика сгущалась энергия, он невольно напомнил мне закипающий электрический чайник. Вот только я пяткой чувствовал, что этот чайничек со взрыв-пакетом внутри вот-вот бахнет.
- Наставник, у меня есть вопрос как раз про ответственность, - он замешкался на секунду, словно решая, стоит говорить дальше или нет. - Это из чувства ответственности ты целовал курсантку? Или из-за любви к своей работе нарушил все правила Наставников? За судьбу Команды беспокоился, когда прикасался к ней? - он поднялся на ноги, инстинктивно пытаясь казаться выше меня. – Извини, Кирилл, но мне противно слышать о долге и ответственности от тебя.
Вскипел. Только что я получил запрещенный удар в бою, о своем участии в котором и не подозревал. Не требовалось имен, чтобы понять о ком речь. Но откуда?
- Она ничего мне не говорила, никогда бы не рассказала, - кажется, этому парню не нужно было читать мысли, чтобы догадаться, о чем я думаю. Полезная прозорливость, далеко пойдет. Вот только я тоже немного разбираюсь в том, что касается лихорадочного блеска в глазах, импульсивных поступков и девушек, когда тебе едва стукнуло восемнадцать.
- Тогда откуда такая осведомленность?
- В тот вечер я заглянул к ней, чтобы проверить, все ли в порядке. Они с Лерой и Жанной изрядно набрались. Пытался стучать, но меня никто не услышал. Я открыл дверь и увидел вас. Тогда мне не было ничего известно, и я подумал, что она твоя пара, но это не так, верно?
- Да. Это не так. И? Что будешь делать? Донесешь на нас Ассоциации? И вообще, с чего такие переживания за душевное состояние курсанта Дмитриевой?
Разумеется, он не донесет. Я чувствовал себя героем мыльной оперы. Да-да, у Комарова на лбу большими буквами было написано «влюбленный осел пришел бить копытом» . Проблема в том, что бить копытом он решил перед достаточно опасным и, что немаловажно, нервным хищником. Почему ему предлагают красивую и умную, а он лезет к моей…курсантке? Внутри меня зашевелилось неприятное чувство, подначивающее отказаться от педагогики и перейти к тирании в особо жестокой форме.
Мой ученик сделал несколько шагов в одну сторону, потом в другую. Метался, не зная, что ответить. Попал в собственный капкан. Забавно, в какой ступор может ввести простой вопрос, когда ты не готов признать очевидное.
- Не хочу, чтобы она страдала из-за тебя. Ей и так досталось, – он остановился напротив меня, уперев руки в стол. – Пусть ты не согласен с выбором Ассоциации, не мне тебя судить. Но оставь Арину в покое, развлекайся с кем-нибудь другим! В противном случае Ассоциация получит доступ к моим мыслям и призовет тебя к ответу.
Моя чаша терпения переполнилась. Развлекайся! Неужели он думает, что я в состоянии пожертвовать всем, что имею, чтобы просто поразвлечься? Этот сумасшедший опасен, гляди того он подставит меня, мою Команду, нашу миссию и… её. Он – угроза всему, что мне дорого. Одно его слово в Ассоциации и мы ничего не сможем исправить. Я поднялся на ноги, наши глаза оказались на одном уровне. Он дрогнул. Я видел это, чувствовал это. Сила пульсировала на кончиках пальцев. Тоже мне защитник. Дон Кихот Ламанчский просто, клеймо ставить некуда. Пусть скажет ей хоть слово, пусть только подумает прикоснуться к ней, и я устрою ему такие ветряные мельницы, Санчо Панса неделю от скал отскребать будет. Материя отзывалась на мое раздражение, подыгрывала моей ревности, искушала.