— Да… Да, обязательно!
— Твое «Да» — утешает, «обязательно» — нет…
— Ты боишься?
— Боюсь, — честно ответила Лена. — У меня странное чувство…
— Все будет в порядке, — Андрей, чуть склонив голову, мягко коснулся губами ее лба. — Обещаю.
Он отпустил ее, ушел в ванную. Лена, вздохнув, посмотрела ему вслед, а затем вернулась к своему чемодану. Она пыталась вспомнить, все ли она положила. «Вроде все», — подумала она, защелкивая замки.
Тут она случайно заметила на столе раскрытую книгу. Взяв ее в руки, Лена посмотрела на обложку — Война и Мир. «Нашел время, когда читать», — усмехнулась она про себя. Интерес взял над ней верх — не удержавшись, она раскрыла книгу на том же месте и сразу же заметила предложение, которое Андрей подчеркнул карандашом. «Я никого знать не хочу, кроме тех, кого люблю; но кого я люблю, того люблю так, что жизнь отдам, а остальных передавлю всех, коли станут на дороге» — это были слова Долохова. И Лена не сдержала улыбки. Она знала эту привычку Андрея — он часто подчеркивал в книге цитату, которая нравится ему.
Ровно через два часа они стояли у трапа самолета, который их ждал. Молодой офицер уже занес их вещи вовнутрь, пока Лена стояла и смотрела на пустой аэродром, который накрыл густой туман. «А вдруг, — думала она, — я вижу этот аэродром в последний раз? Кто знает, что ждет меня… нас там? Не думаю, что убедить Валленберга будет так просто. Да если им еще и англичане заинтересовались… Не хочу никуда лететь. И зачем я согласилась? Хотя, может, так оно и лучше. Кто знает, что было бы со мной, если бы Андрей полетел один, а я осталась бы здесь, с бабушкой?.. Черт! А бабушке ты так ничего и не написала! Надеюсь, она все поняла и так… Эх, Лена, хорошая из тебя внучка».
— Владимир Сергеевич, — она обратилась к стоящему рядом с ними Павлову. Тот кивнул в знак того, что слушает ее. — Вы моей бабушке сообщили?
— Сообщим сразу же, как только вы вылетите с аэродрома, — ответил он, поворачиваясь к ней лицом.
Андрей, который уже успел попрощаться с отцом, взошел в самолет. Павлов, проводив его взглядом, поглядел на все также стоящую на месте Лену. Ее поразило то, как холодно они попрощались — просто пожали друг другу руки, кивнули и разошлись. «Хотя, — подумала она, — может, так и правильнее. Это намного лучше, чем долгое прощание с бесконечными объятиями и слезами».
— Пообещай мне, — сказал Павлов, — что позаботишься о нем.
— Конечно, Владимир Сергеевич, — кивнула Лена.
— Спасибо, — он заложил руки за спину и оглянулся назад. Кажется, он тянул время — им пора было улетать. — Что ж… Иди же.
— До свидания, — девушка вступила на трап.
— Иди же! — прикрикнул он на нее. — Ненавижу долгие прощания…
Уже из самолета она смотрела на Павлова, который с молодым офицером все также стоял на аэродроме, провожая их. Лена знала, что в паре метров стоит машина, которая ждет его, но Владимир Сергеевич так и стоял посреди взлетной полосы, заложив руки за спину. Через пару секунд, когда самолет взлетел, она потеряла их из виду — туман скрыл их.
— Ты все запомнила? — уже по-немецки спросил Андрей, когда ему надоело молча смотреть в иллюминатор.
— Да, — тихо ответила Лена. Поймав на себе его взгляд, она сразу же догадалась, чего он ждет, и добавила: — Томас.
— Молодец, — он пригладил ладонью ее волосы. — Ирма, — она вздрогнула, услышав имя, от которого успела отвыкнуть, — пообещай, что с тобой все будет хорошо.
— Ты же знаешь, я — человек, а значит, мои обещания ничего не стоят, — полушепотом ответила она, смотря в его нежные, фиалкового цвета глаза.
— Поспи, тебе стоит отдохнуть. Нам предстоит долгий путь.
Они летели почти пять часов. Их высадили на аэродроме под Веной, а затем отвезли в город на вокзал. И только уже оттуда они отправились на поезде в Будапешт.
Лена, смотря в окно на постоянно сменяющиеся пейзажи, думала. Думала обо всем. О бабушке, которую оставила в Ростове. О бабушке, которая воспитала ее, а она ее уже во второй раз бросает. О Вите Авдееве, с которым даже толком и не поговорила. А ведь они так хорошо дружили в школьные годы… Об Андрее, отношения с которым поменялись. Лена даже и не знала, как это описать. После того, как они узаконили свои отношения, они будто поменялись. Андрей стал более холодным по отношению к ней. Он стал все чаще уходить от нее, коротая вечера за прочтением книг. А точнее — Войны и мира. Он постоянно читал только эту книгу, только второй том. Нет, она не могла упрекнуть его в этом, пусть читает на здоровье. Только он, читая эту книгу почти две недели, не сдвинулся ни на главу вперед. Он просто как будто пытается скрыться от нее, Лены, уходя будто бы читать. Он отдаляется от нее. Они рядом, но в то же время каждый идет сам по себе, не видя другого. Как будто в тумане…