Ивану не хотелось никуда идти. В притихшем лагере было привычно, как на биваках его артели. Разве что шалашей и навесов поболе. В нём хотя бы ненадолго можно было не думать, куда его занесло и что вообще происходит. Иван устал от тревоги, которая то усиливалась, то немного отпускала. Иван отрицательно покачал головой: нет, он не пойдёт.
– Давай, давай, – подтолкнул его подошедший Здоровяк в койфе.
– Не толкайся, – остановил его Олег.
– Нас ждут.
– Иван в лагере останется, – твёрдо заявил Сашок.
– Это почему?
– Потому что слаб он в игры играть. Пусть тут ждёт, пока мы с бензином вернёмся.
– Все должны идти, – просипел Здоровяк.
Лица реконов посуровели. Олег заметил, как сзади к Ивану подходят двое парней с пиками. На лице богатого рыцаря мелькнула гаденькая улыбка. Кольцо латников угрожающе сжималось. Разорвав их цепь, перед ребятами неожиданно возник светловолосый эльф в серебристо-голубой тунике. Он шутливо поклонился присутствующим и спросил, обращаясь к Олегу.
– Ребята, вы чего так долго? Мы вас заждались. Так и задание не выполним. Пошли, пошли.
– Иван не пойдет, – повторил Сашок.
– Жаль.
Но Иван неожиданно передумал.
– Нет, нет. Я лучше с вами, друже.
– Отлично! Пошли быстрей!
Эльф улыбнулся. Напряжение спало. Лица реконов смягчились. Воины расступились, пропуская эльфа и ребят.
В лесу на окраине лагеря их ждал Остроухий Эльф с двумя собратьями. Не говоря ни слова, он нетерпеливо махнул рукой, и ускоряя шаг, весь отряд двинулся по лесной тропинке. Солнце ярко зеленило густые кроны деревьев. Птицы громко щебетали. Но под сенью леса было еще прохладно. Шли молча. Олег хотел было что-то спросить у Остроухого, но тот только прижал палец к губам и вновь повёл отряд по одному ему известному маршруту. Рядом пыхтели тепло тяжело одетые реконструкторы. Зато эльфы шли налегке, закинув за плечи свои длинные, почти невесомые, луки. Изредка Остроухий останавливался, подзывая к себе эльфа в голубой тунике и рыцаря в богатых доспехах. Подходил и Сашок. Они что-то рассматривали на карте и двигались дальше.
Вдруг сверху в них полетели стрелы. Отряд бросился врассыпную.
– Фаербол!– крикнул один из эльфов и что-то метнул, целясь в невидимого врага, засевшего на одном из деревьев. В ту же секунду вниз свалился молоденький эльфёныш.
– Ты с ума сошёл! – подскочил к эльфу Остроухий. – Чуть не убил мальца! Ты ж ему в лобешник закатал, – добавил он, рассматривая большой красный синяк, на глазах растекавшийся по лбу эльфа-подростка. – К нашим в лазарет, быстро! Для вас игра кончилась.
Двое расстроенных эльфов подхватили парнишку и почти силком потащили его назад в лагерь.
– Ребята, поможете нам? – спросил Остроухий.
– Не вопрос, – ответил за всех Олег.
– Отлично! Аусвайс я вам не обещаю, но и бездоспешниками не будете.
– За мной! –крикнул Эльф, и отряд, заметно ускорившись, двинулся дальше.
Точка невозврата
Шли долго. День потускнел, теряя яркие краски. Серый воздух пропитался влагой, вот-вот заморосит дождь. Выйти на заданную точку никак не удавалось. Все устали. Наконец главный из рыцарей – чернявый красавец объявил привал. Ребята недоуменно переглянулись. Они не сомневались, что главный в отряде – Остроухий, и вдруг такой сюрприз.
Одни воины, в панцирях с наручами и в ламеллярных доспехах, повалилась там же, где застала их команда о привале. Другие, в стеганках и коже, под высокой елью принялись разводить костёр, готовить еду, громыхая котелками, развязывая мешки и мешочки с продуктами.
– Когда задание выполнять будем? – резко спросил Олег.
– Судя по карте, давно должны быть на месте, – спокойно ответил Эльф.
– Да, похоже заблудились, – заметил подошедший к ним красавец рыцарь.
– Попридержи язык! – грубо одёрнул его Остроухий, – Кто из нас занимался спортивным ориентированием ты или я?!
Под его высокомерным взглядом самодовольства у рыцаря поубавилось. Словно спохватившись, он сдержанно поклонился и отошёл.
Ели не торопясь какую-то аутентичную похлёбку. Сашок и Олег сторожко переглядывались, поднося полные ложки ко рту. Впервые серьёзно присматривались к своим спутникам. Когда те, закончив трапезу, разбрелись по поляне и улеглись спать, ребята тихо обменялись впечатлениями. И они не были приятными. Только теперь Олег обратил внимание, что за всю дорогу никто из отряда не сказал им ни слова.