— Это хорошо, — заявил пожилой в коричневом, с веселым румяным лицом. — Может быть, теперь ты сдерешь с нас поменьше, благородный джанджарат.
— Никоим образом, почтенный. Плот — плотом, а кровь — кровью! Кровь моих искусных и отважных воинов стоит немало.
— Не сомневаюсь в этом, — подтвердил коричневый. — Если бы не великая опасность, что грозит Сарпату, мы бы трижды подумали, нужно ли приглашать столь великих и дорогостоящих бойцов.
— А что, опасность и в самом деле так велика?
— Разумеется. Уже тридцать или сорок раз безносых видели на юге и севере, за пределами скальной гряды, что защищает наш город. Люди, правда, не пострадали, ибо поселки лежат у гор, но скота потеряно множество. Теперь ты сказал о нападении на Урпат и о разгроме, учиненном на плоту… Есть еще сообщения от стражей, которых мы выставили в фортах, — они видели большие отряды карваров внизу, рано утром. Кажется, они работают по ночам, и нам неведомо, чем они заняты. Я так полагаю, что готовят какую-то пакость.
— Нет пакости, с которой не справились бы наши мечи, кирки и топоры, — уверенно заявил капитан Ронтар. Он подвинул к себе чашу, отпил до половины и поинтересовался. — А сколь велики те отряды безносых, которых заметили стражи?
Ответил местный военачальник.
— Весьма велики — тысяч десять или пятнадцать, почтенный. Похоже, они что-то копают под самыми скалами у фортов, но днем там не видно ни единой твари.
Ронтар переглянулся с лейтенантами.
— Десять или пятнадцать тысяч… — задумчиво протянул он. — Большая сила! Сколько же воинов находится сейчас в городе?
— Мои стражники, две тысячи бойцов… еще тысячу прислали соседи с юга… потом — городское и сельское ополчение…
— Э! — джанджарат небрежно отмахнулся. — Я ведь спрашиваю о солдатах, а не о кузнецах и горшечниках! Ополчение мы считать не будем.
— Ну, тогда еще шесть Аркол… из Киды и Рула, Сентампа, Гокара, Акры и Илта… Всего тысяча восемьсот человек.
— Те, что из Кида и Рулы — рирдоты, добрые бойцы, — заметил один из лейтенантов. — Акрийцы тоже отличные мечники. Остальные…
— Остальным я не доверил бы стеречь драную овцу в моем поместье в Зарте, — сообщил капитан. — Надеюсь, вы им не переплатили?
Пожилой в коричневом камзоле пожал плечами.
— Условия обычные. Новобранцам — серебряная монета за пять дней, а опытные люди получают втрое против новичков.
— Плюс за голову каждого карвара?
— Как всегда, благородный джанджарат, как всегда.
Акка Ронтар хмыкнул и поднял глаза к потолку.
— Значит, две тысячи городских стражников, да тысяча южан, да тысяча восемьсот наемников, да четыреста найди… Сколько же это получается?..
— Пять тысяч двести, — подсказал Ирнот.
— Да, пять двести! Вполне приличное войско, если не упоминать про бездельников из Сентампа, Илта и Гокара, а также про этих ваших южан, которых я в глаза не видел. Они хоть способны натянуть тетиву арбалета?
— Натянуть — пожалуй, — скептически отозвался сарпатский военачальник — Вот только куда полетят стрелы…
— Хм-м… это верно! — Глаза капитана покинули потолок и обратились к горке увесистых мешочков на краю стола. — Зато я привел вам отличных воинов! Это не новобранцы из Сентампа и не сопляки из Гокара! Это -настоящие мужчины! Да вы только поглядите на них! — И широким жестом он показал на четырех великанов у дверей, а потом бросил взгляд в окно, где на площади застыли ровные шеренги мечников и копьеносцев Арколы Байя.
В это мгновение Ричард Блейд догадался, зачем его с тремя остальными высокорослыми молодцами привели в этот зал. Вид бравых воинов существенно влиял на цену контракта, и капитан Ронтар намеревался показать товар лицом.
Что ему и удалось. Взгляды магистратов, писца и сарпатского воеводы обратились к простенку у двери, кто-то восхищенно вздохнул, кто-то цокнул языком. Пожилой в зеленом камзоле сказал:
— Добрые солдаты! Два рирдота, лон, а откуда вон тот, самый крайний, я что-то не разберу… Высокий и здоровый, как бык, но на рирдота не похож… слишком смуглый.
Глаза капитана Ронтара блеснули; кажется, славному джанджарату стало ясно, что пробил его звездный час.
— Это, — заявил он, привставая, — тот самый воин, которого мы подобрали неподалеку от разбитого плота Великий боец! Он из таких мест, о коих и не слышали в наших краях. Из Бредонна, с самой изнанки мира! Там все не так, как у нас: острова вырастают прямо из моря, на них стоят каменные города, дома с печами, где даже дети могут жечь огонь. Там ничего не слышали о карварах, и люди воюют с людьми!
— Удивительно! — старец в пунцовом покачал головой. — Но умеет ли этот могучий воин из… как ты сказал?.. Бредонна? умеет ли он сражаться с безносыми? Все-таки они — не люди, так?
— О чем ты говоришь, почтеннейший! — джанджарат привстал в кресле, -Когда он наткнулся на чикровый плот, там была засада. Пять карваров! Он зарубил всех! — Глаза Ронтара обратились к его первому лейтенанту: — Пять, я ведь не ошибся, Ханк?
— Мне кажется, их было семь, — уточнил Ханкамар Киттала, поглаживая бритый подбородок.
— Девять, — с невозмутимым лицом произнес почтенный Ирнот. — Девять — и ни единым меньше!
— Действительно? — пожилой в коричневом поворотил к Блейду свою улыбчивую физиономию. — А если сейчас спросить у самого славного воина, то их наверняка будет уже одиннадцать или двенадцать, не так ли?
Странник ответил ему холодным взглядом, но губ не разомкнул, памятуя о том, что дисциплина — превыше всего. Особенно в ту минуту, когда начальство пытается вышибить из скуповатого заказчика лишний грош.